Конвенция о защите прав и достоинства человека
в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека
и биомедицине.
Овьедо, 4 апреля 1997 г.
Государства — члены Совета Европы, прочие государства и Европейское сообщество, подписавшие настоящую Конвенцию,
принимая во внимание Всеобщую декларацию прав человека, провозглашенную Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 10 декабря 1948 года,
принимая во внимание Конвенцию о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года,
принимая во внимание Европейскую социальную хартию от 18 октября 1961 года,
принимая во внимание Международный пакт о гражданских и политических правах и Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 года,
принимая во внимание Конвенцию о защите физических лиц в отношении автоматизированной обработки данных личного характера от 28 января 1981 года,
принимая во внимание также Конвенцию о правах ребенка от 20 ноября 1989 года,
считая, что целью Совета Европы является достижение большего единства между его членами и что одним из методов достижения этой цели является обеспечение и дальнейшее осуществление прав человека и основных свобод,
сознавая ускоренное развитие биологии и медицины,
будучи убеждены в необходимости уважать человека одновременно как индивидуума и в его принадлежности к человеческому роду и признавая важность обеспечения его достоинства,
памятуя о том, что предосудительное использование биологии и медицины может привести к действиям, которые поставили бы под угрозу человеческое достоинство,
утверждая, что успехи в области биологии и медицины должны использоваться на благо нынешнего и грядущих поколений,
подчеркивая необходимость международного сотрудничества для того, чтобы все человечество пользовалось благами биологии и медицины,
признавая важность расширения публичной дискуссии по вопросам, возникающим в связи с применением биологии и медицины, и ответам, которых они требуют,
стремясь напомнить всем членам человеческого общества о его правах и обязанностях,
учитывая работу Парламентской Ассамблеи в этой области, в том числе рекомендацию 1160 (1991) о разработке Конвенции по биоэтике,
будучи преисполнены решимости принять в области применения биологии и медицины меры, способные гарантировать человеческое достоинство и основные права и свободы личности,
согласились о нижеследующем:
Стороны настоящей Конвенции защищают достоинство и индивидуальную целостность человека и гарантируют каждому без исключения соблюдение неприкосновенности личности и других прав и основных свобод в связи с применением достижений биологии и медицины.
Каждая Сторона принимает в рамках своего внутреннего законодательства необходимые меры, отвечающие положениям настоящей Конвенции.
Интересы и благо отдельного человека превалируют над интересами общества или науки.
Стороны, исходя из имеющихся потребностей и ресурсов, принимают необходимые меры, направленные на обеспечение в рамках своей юрисдикции равной для всех членов общества доступности медицинской помощи приемлемого качества.
Всякое медицинское вмешательство, включая вмешательство с исследовательскими целями, должно осуществляться в соответствии с профессиональными требованиями и стандартами.
Медицинское вмешательство может осуществляться лишь после того, как соответствующее лицо даст на это свое добровольное информированное согласие.
Это лицо заранее получает соответствующую информацию о цели и характере вмешательства, а также о его последствиях и рисках.
Это лицо может в любой момент беспрепятственно отозвать свое согласие.
1. В соответствии со статьями 17 и 20 настоящей Конвенции медицинское вмешательство в отношении лица, не способного дать на это согласие, может осуществляться исключительно в непосредственных интересах такого лица.
2. Проведение медицинского вмешательства в отношении несовершеннолетнего лица, не могущего дать свое согласие по закону, может быть осуществлено только с разрешения его представителя, органа власти либо лица или учреждения, определенных законом.
Мнение самого несовершеннолетнего рассматривается как фактор, значение которого растет в зависимости от его возраста и степени зрелости.
3. Проведение медицинского вмешательства в отношении совершеннолетнего, признанного недееспособным по закону или не способного дать свое согласие по состоянию здоровья, может быть осуществлено только с разрешения его представителя, органа власти либо лица или учреждения, определенных законом.
Соответствующее лицо участвует по мере возможности в процедуре получения разрешения.
4. Представитель, орган власти, лицо или учреждение, упомянутые в пунктах 2 и 3, выше, получают на тех же условиях информацию, предусмотренную в статье 5.
5. Разрешение, предусмотренное в пунктах 2 и 3, выше, может в любой момент быть отозвано в непосредственных интересах соответствующего лица.
Лицо, страдающее серьезным психическим расстройством, может быть подвергнуто без его согласия медицинскому вмешательству, направленному на лечение этого расстройства, лишь в том случае, если отсутствие такого лечения может нанести серьезный вред его здоровью, и при соблюдении условий защиты, предусмотренных законом, включая процедуры наблюдения, контроля и обжалования.
Если в силу чрезвычайной ситуации надлежащее согласие соответствующего лица получить невозможно, любое вмешательство, необходимое для улучшения состояния его здоровья, может быть осуществлено немедленно.
В случаях, когда в момент медицинского вмешательства пациент не в состоянии выразить свою волю, учитываются пожелания по этому поводу, выраженные им ранее.
1. Каждый человек имеет право на уважение своей частной жизни, в том числе и тогда, когда это касается сведений о его здоровье.
2. Каждый человек имеет право ознакомиться с любой собранной информацией о своем здоровье. В то же время необходимо уважать желание человека не быть информированным на этот счет.
3. В исключительных случаях — только по закону и только в интересах пациента — осуществление прав, изложенных в пункте 2, может быть ограничено.
Любая форма дискриминации в отношении лица по признаку его генетического наследия запрещается.
Прогностические тесты на наличие генетического заболевания или на наличие генетической предрасположенности к тому или иному заболеванию могут проводиться только в медицинских целях или в целях медицинской науки и при условии надлежащей консультации специалиста-генетика.
Вмешательство в геном человека, направленное на его модификацию, может быть осуществлено лишь в профилактических, диагностических или терапевтических целях и только при условии, что оно не направлено на изменение генома наследников данного человека.
Не допускается использование вспомогательных медицинских технологий деторождения в целях выбора пола будущего ребенка, за исключением случаев, когда это делается с тем, чтобы предотвратить наследование будущим ребенком заболевания, связанного с полом.
Научные исследования в области биологии и медицины осуществляются свободно при условии соблюдения положений настоящей Конвенции и других законодательных документов, гарантирующих защиту человека.
Исследования на людях проводятся только при соблюдении следующих условий:
i) не существует альтернативных методов исследования, сопоставимых по своей эффективности;
ii) риск, которому может быть подвергнут испытуемый, не превышает потенциальной выгоды от проведения данного исследования;
iii) проект предлагаемого исследования был утвержден компетентным органом после проведения независимой экспертизы научной обоснованности проведения данного исследования, включая важность его цели, и многостороннего рассмотрения его приемлемости с этической точки зрения;
iv) лицо, выступающее в качестве испытуемого, проинформировано об имеющихся у него правах и гарантиях, предусмотренных законом;
v) получено явно выраженное, конкретное письменное согласие, предусмотренное в статье 5. Такое согласие может быть беспрепятственно отозвано в любой момент.
1. Исследования на людях, не способных дать на это согласие в соответствии со статьей 5, могут проводиться только при соблюдении всех следующих условий:
i) выполнены условия, изложенные в пунктах i)-iv) статьи 16;
ii) ожидаемые результаты исследования предполагают реальный непосредственный благоприятный эффект для здоровья испытуемых;
iii) исследования с сопоставимой эффективностью не могут проводиться на людях, которые способны дать согласие;
iv) получено конкретное письменное разрешение, предусмотренное в статье 6; и
v) сам испытуемый не возражает против этого.
2. В исключительных случаях и в соответствии с требованиями, предусмотренными законом, проведение исследований, не направленных на непосредственный неблагоприятный эффект для здоровья испытуемых, разрешается при соблюдении требований, изложенных в подпунктах i), iii), iv) и v) пункта 1, выше, а также следующих дополнительных условий:
i) целью исследования является содействие, путем углубления и совершенствования научных знаний о состоянии здоровья человека, его болезни и расстройстве, получению в конечном счете результатов, могущих иметь благоприятные последствия как для состояния здоровья данного испытуемого, так и других лиц, страдающих той же болезнью или расстройством или находящихся в аналогичном состоянии.
ii) участие в данном исследовании сопряжено с минимальным риском или неудобствами для данного испытуемого.
1. Если закон разрешает проводить исследования на эмбрионах in vitro, он же должен предусматривать надлежащую защиту эмбриона.
2. Создание эмбрионов человека в исследовательских целях запрещается.
1. Изъятие у живого донора органов и тканей для их трансплантации может производиться исключительно с целью лечения реципиента и при условии отсутствия пригодного органа или ткани, полученных от трупа, и невозможности проведения альтернативного лечения с сопоставимой эффективностью.
2. Должно быть получено явно выраженное и конкретное согласие, предусмотренное в статье 5. Такое согласие должно даваться либо в письменной форме, либо в соответствующей официальной инстанции.
1. Нельзя изымать никакие органы или ткани у человека, не способного дать на это согласие, предусмотренное статьей 5.
2. В исключительных случаях и в соответствии с требованиями, предусмотренными законом, изъятие регенеративных тканей у человека, который не способен дать на это согласие, может быть разрешено при соблюдении следующих условий:
i) отсутствует совместимый донор, способный дать соответствующее согласие;
ii) реципиент является братом или сестрой донора;
iii) трансплантация призвана сохранить жизнь реципиента;
iv) в соответствии с законом и с одобрения соответствующего органа на это получено конкретное письменное разрешение, предусмотренное пунктами 2 и 3 статьи 6;
v) потенциальный донор не возражает против операции.
Тело человека и его части не должны в качестве таковых являться источником получения финансовой выгоды.
Любая часть тела человека, изъятая в ходе медицинского вмешательства, может храниться и использоваться в целях, отличных от тех, ради которых она была изъята, только при условии соблюдения надлежащих процедур информирования и получения согласия.
Стороны обеспечивают надлежащую судебную защиту с целью предотвратить или незамедлительно прекратить незаконное нарушение прав и принципов, изложенных в настоящей Конвенции.
Лицо, понесшее неоправданный ущерб в результате вмешательства, имеет право на справедливое возмещение согласно условиям и процедурам, предусмотренным законом.
Стороны предусматривают надлежащие санкции в случае нарушения положений настоящей Конвенции.
1. Осуществление прав и положений о защите, содержащихся в настоящей Конвенции, не может быть предметом иных ограничений, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, для предупреждения преступлений, защиты здоровья населения или защиты прав и свобод других.
2. Перечисленные в предыдущем пункте ограничения не могут применяться по отношению к статьям 11, 13, 14, 16, 17, 20 и 21.
Ни одно из положений настоящей Конвенции не может толковаться как ограничивающее или иным образом подрывающее возможность той или иной Стороны предоставлять более широкую защиту в связи с применением биологии и медицины, чем защита, предусмотренная настоящей Конвенцией.
Стороны настоящей Конвенции следят за тем, чтобы основные вопросы, связанные с достижениями в области биологии и медицины, были предметом широкого публичного обсуждения с учетом, в частности, соответствующих медицинских, социальных, экономических, этических и юридических последствий и чтобы их возможное применение было предметом надлежащих консультаций.
Европейский суд по правам человека может, не ссылаясь непосредственно на какое-либо конкретное дело, находящееся в судопроизводстве, выносить консультативные заключения по юридическим вопросам, касающимся толкования настоящей Конвенции, по просьбе:
— правительства одной из Сторон, информировав об этом другие Стороны;
— Комитета, учрежденного согласно статье 32, в составе Представителей Сторон настоящей Конвенции, на основании решения, принятого большинством в две трети поданных голосов.
Каждая Сторона представляет по просьбе Генерального секретаря Совета Европы разъяснение о том, как ее внутреннее законодательство обеспечивает эффективное выполнение всех положений настоящей Конвенции.
В соответствии с положениями статьи 32 могут подготавливаться протоколы, с тем чтобы развивать в конкретных областях принципы, содержащиеся в настоящей Конвенции.
Протоколы открыты для подписания Сторонами, подписавшими Конвенцию. Они подлежат ратификации, принятию или одобрению. Стороны, подписавшие протоколы, не могут ратифицировать, принять или одобрить их, не ратифицировав, приняв или одобрив ранее или одновременно Конвенцию.
1. Задачи, порученные Комитету в настоящей статье и в статье 29, выполняются Руководящим комитетом по биоэтике (CDBI) или любым другим комитетом, определенным для этой цели Комитетом министров.
2. Без ущерба для конкретных положений статьи 29 каждое государство — член Совета Европы, а также каждая Сторона настоящей Конвенции, не являющаяся членом Совета Европы, может быть представлена и иметь один голос в Комитете, когда Комитет выполняет задачи, поставленные перед ним настоящей Конвенцией.
3. Любое из государств, о которых идет речь в статье 33 или которым предложено присоединиться к Конвенции в соответствии с положениями статьи 34, не являющееся Стороной настоящей Конвенции, может быть представлено в Комитете наблюдателем. Хотя Европейское сообщество и не является Стороной, оно может быть представлено в Комитете наблюдателем.
4. Чтобы следить за развитием науки, настоящая Конвенция станет предметом изучения в Комитете не позднее чем через пять лет после ее вступления в силу, а в дальнейшем через интервалы, установленные Комитетом.
5. Любое предложение относительно поправки к настоящей Конвенции, равно как и любое предложение относительно протокола или поправки к протоколу, внесенное одной из Сторон, Комитетом или Комитетом министров, сообщается Генеральному секретарю Совета Европы и передается им государствам — членам Совета Европы, Европейскому сообществу, любому подписавшему государству, любой Стороне, любому государству, приглашенному подписать настоящую Конвенцию в соответствии с положениями статьи 33, а также любому государству, приглашенному присоединиться к ней в соответствии с положениями статьи 34.
6. Комитет изучает предложение не ранее чем через два месяца после его передачи Генеральным секретарем в соответствии с пунктом 5. Комитет представляет текст, принятый большинством в две трети от числа поданных голосов, на одобрение Комитета министров. После его одобрения этот текст сообщается Сторонам для его ратификации, принятия или одобрения.
7. Любая поправка вступает в силу в отношении Сторон, принявших ее, в первый день месяца, наступающего по истечении одного месяца со дня, когда пять Сторон, в том числе по крайней мере четыре государства — члена Совета Европы, сообщат Генеральному секретарю о ее принятии.
Для любой Стороны, которая примет ее после этого, поправка вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении одного месяца со дня, когда эта Сторона информирует Генерального секретаря о ее принятии.
1. Настоящая Конвенция открыта для подписания государствами — членами Совета Европы, государствами-нечленами, которые участвовали в ее разработке, и Европейским сообществом.
2. Настоящая Конвенция подлежит ратификации, принятию или одобрению. Ратификационные грамоты или документы о принятии или одобрении сдаются на хранение Генеральному секретарю Совета Европы.
3. Настоящая Конвенция вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении трех месяцев со дня, когда пять государств, в том числе по крайней мере четыре государства — члена Совета Европы, выразят свое согласие быть связанными Конвенцией согласно положениям пункта 2 настоящей статьи.
4. В отношении любого подписавшего государства, которое после этого выразит свое согласие быть связанным Конвенцией, она вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении трех месяцев со дня сдачи на хранение его ратификационной грамоты или документа о принятии или одобрении.
1. После вступления настоящей Конвенции в силу Комитет министров Совета Европы, проконсультировавшись со Сторонами, на основании решения, принятого большинством голосов, предусмотренным в статье 20 d) Устава Совета Европы, и при единогласии представителей Договаривающихся государств, имеющих право заседать в Комитете министров, может предложить любому государству, не являющемуся членом Совета Европы, присоединиться к настоящей Конвенции.
2. В отношении любого присоединившегося государства Конвенция вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении трех месяцев со дня сдачи документа о присоединении на хранение Генеральному секретарю Совета Европы.
1. Любое подписавшее государство может при подписании или сдаче на хранение своей ратификационной грамоты или документа о принятии или одобрении указать территорию или территории, на которые распространяется действие настоящей Конвенции. Любое другое государство может сделать такое же заявление при сдаче на хранение своего документа о присоединении.
2. Любая Сторона может в любой последующий момент путем заявления на имя Генерального секретаря Совета Европы распространить действие настоящей Конвенции на любую другую указанную в заявлении территорию, за международные отношения которой она несет ответственность или от имени которой она имеет право выступать. В отношении такой территории Конвенция вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении трех месяцев со дня получения заявления Генеральным секретарем.
3. Любое заявление, сделанное в соответствии с двумя предыдущими пунктами, может в отношении любой территории, указанной в таком заявлении, быть отозвано путем уведомления на имя Генерального секретаря. Отозвание вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении трех месяцев со дня получения такого уведомления Генеральным секретарем.
1. Любое государство и Европейское сообщество могут при подписании настоящей Конвенции или сдаче на хранение ратификационной грамоты сделать оговорку в отношении того или иного конкретного положения Конвенции, коль скоро закон, действующий на его территории, не соответствует этому положению. В соответствии с настоящей статьей оговорки общего характера не допускаются.
2. Любая оговорка, сделанная в соответствии с настоящей статьей, содержит краткое изложение соответствующего закона.
3. Любая Сторона, распространяющая действие настоящей Конвенции на территорию, указанную в заявлении, предусмотренном в пункте 2 статьи 35, может сделать оговорку в отношении соответствующей территории в соответствии с положениями предыдущих пунктов.
4. Любая Сторона, сделавшая оговорку в соответствии с настоящей статьей, может отозвать ее посредством заявления на имя Генерального секретаря Совета Европы. Отозвание вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении одного месяца со дня его получения Генеральным секретарем.
1. Любая Сторона может в любое время денонсировать настоящую Конвенцию посредством уведомления на имя Генерального секретаря Совета Европы.
2. Такая денонсация вступает в силу в первый день месяца, наступающего по истечении трех месяцев со дня получения уведомления Генеральным секретарем.
Генеральный секретарь Совета Европы уведомляет государства — члены Совета Европы, Европейское сообщество, любое подписавшее государство, любую Сторону и любое другое государство, которому было предложено присоединиться к настоящей Конвенции, о:
a) любом подписании;
b) сдаче на хранение любой ратификационной грамоты или любого документа о принятии, одобрении или присоединении;
c) любой дате вступления настоящей Конвенции в силу в соответствии со статьями 33 или 34;
d) любой поправке или протоколе, принятых в соответствии со статьей 32, и о дате вступления этой поправки или протокола в силу;
e) любом заявлении, сделанном в соответствии с положениями статьи 35;
f) любой оговорке и любом отозвании оговорки, сделанных в соответствии с положениями статьи 36;
g) любом другом акте, уведомлении или сообщении, касающемся настоящей Конвенции.
В удостоверение чего нижеподписавшиеся, должным образом на то уполномоченные, подписали настоящую Конвенцию.
Совершено в Овьедо 4 апреля 1997 года на английском и французском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу, в одном экземпляре, который будет храниться в архивах Совета Европы. Генеральный секретарь Совета Европы направит заверенную копию каждому из государств — членов Совета Европы, Европейскому сообществу, государствам-нечленам, которые участвовали в разработке настоящей Конвенции, и любому государству, которому предложено присоединиться к настоящей Конвенции.
Страсбург, январь 1997 года.
Настоящий Пояснительный доклад к Конвенции о правах человека и биомедицине был составлен под руководством Генерального секретаря Совета Европы на основе проекта, подготовленного по просьбе Руководящего комитета по биоэтике (CDBI) Председателем CDBI г-ном Жаном МИШО (Франция). В нем учитываются результаты обсуждения в CDBI и его рабочей группе, которой было поручено составление Конвенции; в нем также учитываются замечания и предложения делегаций.
Комитет министров дал разрешение на публикацию настоящего Пояснительного доклада 17 декабря 1996 года.
Пояснительный доклад не является официальным толкованием Конвенции. Тем не менее он охватывает основные вопросы подготовительной работы и содержит информацию, позволяющую лучше понять предмет и цель Конвенции и дающую более четкое представление о сфере действия ее положений.
1. Уже в течение ряда лет Совет Европы в рамках работы Парламентской Ассамблеи и Специального комитета экспертов по биоэтике (CAHBI), позднее переименованного в Руководящий комитет по биоэтике (CDBI), занимается проблемами, с которыми столкнулось человечество в результате достижений в области медицины и биологии. В то же время ряд стран ведут у себя собственную работу по этой тематике, и таким образом прилагаются целенаправленные усилия на двух уровнях: на национальном и на международном.
2. В сущности эти исследования являются результатом наблюдений и озабоченности: наблюдений за радикальными научными течениями и их применением в медицине и биологии, т.е. в тех областях, которые непосредственно затрагивают людей; озабоченности в связи с двойственным характером многих из этих достижений. И ученые, и практики ставят перед собой достойные цели и зачастую достигают их. Однако в результате смещения первоначальных целей некоторые уже известные или ожидаемые направления их работы принимают или могут принять опасный оборот. Таким образом, наука с ее сложными новообразованиями и далеко идущими нитями может обернуться, в зависимости от того, как она применяется, или темной стороной, или светлой.
3. Со временем возникла необходимость добиваться того, чтобы преобладающей оказалась выгодная сторона, а для этого надо давать больше информации о том, что ставится на карту, и постоянно рассматривать все возможные последствия. В связи с этим комитеты по этике и другие национальные органы и законодатели наряду с международными организациями уже занимаются этим вопросом, но их усилия по-прежнему ограничены конкретным географическим районом или являются неполными в силу того, что сосредоточены на определенной тематике. Между тем все чаще заявляется об общих ценностях в качестве основы различных пособий, заключений и рекомендаций. Но разногласия, тем не менее, могут стать очевидными в связи с определенными аспектами решаемых проблем, и даже простые определения могут вызвать серьезные расхождения.
4. Таким образом, стала очевидной необходимость приложить больше усилий в целях гармонизации существующих стандартов. В 1990 году на своей 17-й Конференции (г. Стамбул, 5-7 июня 1990 года) министры юстиции европейских стран по предложению Генерального секретаря Совета Европы г-жи Катрин Лалюмьер приняли резолюцию № 3 по биоэтике, в которой Комитету министров рекомендовалось поручить CAHBI изучить возможность подготовки рамочной конвенции, "устанавливающей общие стандарты защиты человека в контексте развития биомедицинских наук". В июле 1991 года Парламентская Ассамблея, рассматривая содержание доклада, представленного от имени Комитета по науке и технике д-ром Марсело Паласиосом (см. документ 6449), рекомендовала в своей рекомендации 1160 Комитету министров "предусмотреть разработку рамочной конвенции, состоящей из основного текста с изложением общих принципов, и дополнительных протоколов по конкретным аспектам". В сентябре того же года Комитет министров под председательством г-на Винчента Табоне поручил CAHBI "подготовить в тесном сотрудничестве с Руководящим комитетом по правам человека (CDDH) и Европейским комитетом по вопросам здравоохранения (CDSP) ... рамочную конвенцию, открытую для государств, не являющихся членами Совета Европы, где устанавливались бы общие стандарты защиты человека в контексте биомедицинских наук, и протоколы к этой конвенции, касающиеся на предварительном этапе пересадки органов и использования материалов человеческого происхождения; медицинских исследований на людях".
5. В марте 1992 года Специальный комитет экспертов по биоэтике, переименованный затем в Руководящий комитет по биоэтике, возглавляемый поочередно г-жой Иоханной Китс Ниувенкамп, урожденной Сторм ван Сгравесанде (Нидерланды), учредил рабочую группу по подготовке проекта конвенции под руководством д-ра Майкла Абрамса (Соединенное Королевство). Вплоть до своей преждевременной смерти г-н Сальваторе Пуглиси (Италия) был членом этой группы после того, как он возглавлял исследовательскую группу, созданную для изучения возможности разработки проекта конвенции.
6. В июле 1994 года первый вариант проекта конвенции рассматривался на открытом консультативном совещании и был представлен Парламентской Ассамблее для вынесения заключения1. С учетом этого заключения и ряда других высказанных позиций CDBI составил 7 июня 1996 года окончательный проект конвенции, который был представлен Парламентской Ассамблее для вынесения заключения. Ассамблея вынесла заключения № 1982 на основе доклада, представленного от имени Комитета по науке и технике г-ном Джианом-Тето Платтнером и от имени Комитета по юридическим вопросам и по правам человека и Комитета по социальным вопросам и вопросам здравоохранения и семьи соответственно г-ном Вальтером Швиммером и Кристианом Даниэлем. Конвенция была принята Комитетом министров 19 ноября 1996 года3. Она была открыта для подписания...
7. В Конвенции изложены лишь наиболее важные принципы. Дополнительные стандарты и более подробные вопросы следует включить в дополнительные протоколы. Таким образом, Конвенция в целом предусматривает общие рамки защиты прав человека и человеческого достоинства как в давно разработанных, так и, развивающихся областях, касающихся применения биологии и медицины.
8. Документ называется "Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и биомедицине".
9. Термин "права человека" касается принципов, изложенных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, которая гарантирует защиту таких прав. В основе обеих конвенций лежит не только один и тот же подход, но и многие этические принципы и правовые концепции. Действительно, в этой Конвенции развиваются далее некоторые принципы, воплощенные в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. В силу своего общего характера используется концепция человека. Концепция человеческого достоинства, которая также здесь освещается, представляет собой главную ценность, которую следует всячески поддерживать. Она лежит в основе большинства ценностей, подчеркнутых в Конвенции.
10. Фразе "применение достижений биологии и медицины" было отдано предпочтение, в частности, перед термином "биологические науки", который был сочтен слишком широким. Эта фраза используется в статье 1 и ограничивает сферу применения Конвенции медициной и биологией человека, исключая таким образом биологию животных и растений, поскольку они не имеют никакого отношения к медицине или биологии человека. Таким образом, Конвенция охватывает все сферы применения медицины и биологии человека, включая их применение в профилактических, диагностических, терапевтических и научно-исследовательских целях.
11. Различные международные документы уже обеспечили защиту и гарантии в области прав человека как по отношению к отдельным лицам, так и на уровне всего общества в целом: Всеобщая декларация прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, Конвенция о правах ребенка, Конвенция о защите прав человека и основных свобод, Европейская социальная хартия. Можно отметить и ряд документов Совета Европы, которые носят более конкретный характер, например, Конвенция о защите физических лиц в отношении автоматизированной обработки данных личного характера.
12. Сейчас настало время пополнить их другими документами, с тем чтобы в полной мере учесть потенциальные последствия научной деятельности.
13. Принципы, воплощенные в этих документах, по-прежнему лежат в основе нашего представления о правах человека; поэтому они изложены в самом начале преамбулы Конвенции и являются ее краеугольным камнем.
14. Вместе с тем, начиная с преамбулы, необходимо было учитывать фактическое развитие медицины и биологии, указав одновременно, что их необходимо использовать исключительно на благо нынешнего и грядущих поколений. Это должно находить свое подтверждение на трех уровнях:
— во-первых, на уровне индивида, которого необходимо защищать от любой угрозы, возникающей в результате предосудительного использования научных достижений. Ряд статей Конвенции говорят о желании дать понять, что индивиду должно быть отведено почетное место: защита против незаконного вмешательства в тело человека, запрещение использования всего или части тела ради извлечения финансовой выгоды, ограниченное использование генетических исследований и т. д.;
— второй уровень относится к обществу в целом. Действительно, в этой конкретной области в большей степени, чем во многих других, индивида необходимо рассматривать также как составную часть всего общества, имеющего ряд общих этических принципов и регулируемого правовыми нормами. Какой бы ни был сделан выбор в отношении применения определенных достижений, общество должно признать и одобрить их. Вот почему столь важное значение имеет публичная дискуссия, и об этом говорится в Конвенции. Тем не менее поставленные на карту интересы неодинаковы; как указано в статье 2, они отражают приоритет, отдаваемый, в принципе, интересам отдельного лица в отличие от исключительных интересов науки или общества. Последними не следует пренебрегать; эти интересы должны следовать непосредственно за интересами отдельного человека. И только в самых конкретных ситуациях и при соблюдении строгих условий приоритет должен отдаваться, как определяется в статье 26, общим интересам;
— третий и последний уровень связан с человеческим родом в целом. В основе многих нынешних достижений и предстоящих успехов лежит генетика. И прогресс в познании генома дает еще больше путей влияния на нее. Эти познания уже дают возможность добиться значительного прогресса при установлении диагноза и иногда при предупреждении все большего числа болезней. Есть основания надеяться и на прогресс в области терапии. Однако при этом не следует забывать о тех опасностях, которые связаны с этой расширяющейся областью специальных знаний. Под угрозой может оказаться уже не отдельный человек или общество, а сам человеческих род. Конвенция устанавливает гарантии, начиная с преамбулы, где говорится о благе грядущих поколений и всего человечества, и весь текст проникнут мыслью о необходимости правовых гарантий защиты личности человека.
15. В преамбуле говорится о достижениях в области медицины и биологии, которые следует использовать исключительно на благо нынешнего и грядущих поколений, а не так, чтобы они шли вразрез с поставленными целями. Здесь провозглашается уважение, достойное человека как индивида и как представителя человеческого рода. В заключении говорится, что прогресс, благо человека и защиту человека можно свести воедино в соответствии с его призванием, если международный документ, разработанный Советом Европы, пробудит к этому интерес общественности. Кроме того, делается упор на необходимость международного сотрудничества, с тем чтобы распространить блага прогресса на все человечество.
16. Настоящая статья определяет сферу применения и цель Конвенции.
17. Цель Конвенции заключается в том, чтобы гарантировать права и основные свободы каждого и, в частности, их неприкосновенность и обеспечить человеческое достоинство и личность человека в этой сфере.
18. В Конвенции не дается определения термина "каждый" (во французском языке "toute personne"). Эти два термина эквивалентны и употребляются в английском и французском вариантах Европейской конвенции о правах человека, в которой, однако, тоже нет их определения. В отсутствие единодушия среди государств — членов Совета Европы относительно определения этих терминов было принято решение для цели применения настоящей Конвенции определить их в рамках своего внутреннего законодательства.
19. В Конвенции используется также термин "человек", чтобы указать на необходимость защиты достоинства и личности всех людей. В качестве общепризнанного принципа устанавливается, что человеческое достоинство и личность человека необходимо уважать с самого начала жизни.
20. Во втором пункте данной статьи указывается, что каждая сторона принимает в рамках своего внутреннего законодательства необходимые меры, отвечающие положениям настоящей Конвенции. В этом пункте указывается, что внутреннее законодательство сторон должно соответствовать Конвенции. Соответствие Конвенции и внутреннего государственного права может быть достигнуто или путем непосредственного применения положений Конвенции во внутригосударственном праве, или путем принятия необходимого законодательства, отвечающего этим положениям. В отношении каждого положения Стороны должны определить меры в соответствии со своим конституционным правом и с учетом характера этих положений. В связи с этим следует отметить, что в Конвенции содержится ряд положений, которые можно по внутреннему праву многих государств квалифицировать как непосредственно применимые ("положения, обладающие сами по себе исполнительной силой"). Это касается, в частности, положений об индивидуальных правах. В других положениях содержатся более общие принципы, которые могут потребовать принятия законодательства, с тем чтобы они действовали во внутреннем праве государств.
21. Данная статья подтверждает приоритет отдельного человека над интересами науки или общества. Иными словами, приоритет отдается интересам человека, которые должны, в принципе иметь преимущественную силу перед интересами науки или общества в случае коллизии между ними. Одна из важнейших сфер применения этого принципа связана с научными исследованиями, которые охватываются положениями главы V настоящей Конвенции.
22. Вся Конвенция в целом, целью которой является защита прав и достоинства человека, построена на принципе верховенства человека, и все ее статьи необходимо толковать именно в этом свете.
23. Данная статья определяет цель и налагает на государства обязательство делать все необходимое для ее достижения.
24. Цель заключается в том, чтобы добиться равной доступности медицинской помощи в соответствии с медицинскими потребностями личности4. "Медицинская помощь" означает вмешательство в организм человека с целью установления диагноза, профилактики, лечения или реабилитации, с тем чтобы поддерживать и улучшать состояние здоровья человека или облегчать его страдания. Эта помощь должна соответствовать определенным стандартам в свете научного прогресса и постоянно подвергаться оценке качества.
25. Доступность медицинской помощи должна быть равной. В этом контексте "равная" означает прежде всего отсутствие неоправданной дискриминации. Хотя термин "равная доступность" не является синонимом абсолютного равенства, он означает эффективное достижение удовлетворительной степени охраны здоровья.
26. Стороны Конвенции должны принимать необходимые меры по достижению этой цели, насколько им позволяют имеющиеся ресурсы. Это положение направлено не на то, чтобы создать право индивида, на которое он может ссылаться при судебной разбирательстве в связи с жалобой на государство, а на то, чтобы побудить это государство принять необходимые меры в рамках своей социальной политики в целях обеспечения справедливого доступа к услугам по охране здоровья.
27. В настоящее время государства принимают большие усилия по обеспечению удовлетворительного уровня охраны здоровья, однако масштабы этих усилий в значительной степени зависят от объема имеющихся ресурсов. Кроме того, государственные меры по обеспечению равной доступности медицинской помощи могут принимать самые различные формы, и при этом могут использоваться самые различные методы.
28. Данная статья касается врачей и всех профессиональных медицинских работников в целом, в том числе психологов, чье взаимодействие с пациентами в рамках клинических или теоретических исследований может оказать глубокое воздействие, и работников социальной сферы, которые входят в состав групп, участвующих в принятии решений или в осуществлении вмешательства. Из термина "профессиональные стандарты" следует, что он касается только профессиональных медицинских работников, призванных совершать врачебные действия, например, при оказании неотложной помощи.
29. Термин "медицинское вмешательство" необходимо понимать здесь в широком смысле; он охватывает все врачебные действия, в частности вмешательство в целях профилактики, установления диагноза, лечения или реабилитации или в научных целях.
30. Любое вмешательство должно осуществляться в соответствии с общим законодательством, которое дополняется и развивается профессиональными правилами. В некоторых странах эти правила существуют в форме профессиональных кодексов этики (общегосударственных или по профессиям), в других странах — кодексов медицинского поведения, законодательства в области здравоохранения, медицинской этики или иных средств, гарантирующих права и интересы пациента, и при этом может учитываться любое право на возражение со стороны профессиональных медицинских работников со ссылкой на свои убеждения. Данная статья охватывает как писаные, так и неписаные правила. Если между различными правилами возникают противоречия, то закон обеспечивает средства разрешения этой коллизии.
31. Суть профессиональных стандартов, обязательств и правил поведения в каждой стране не одинакова. Одни и те же должностные обязанности медицинских работников могут слегка отличаться в зависимости от той или иной страны. Тем не менее основные принципы врачебной практики применяются во всех странах. Врачи и все профессиональные работники в целом, принимающие участие во врачебных действиях, должны выполнять одни и те же юридические и этические требования. Они должны действовать осторожно, проявляя компетенцию, и уделять тщательное внимание потребностям каждого пациента.
32. Главная задача врача — не только лечить пациента, но и принимать надлежащие меры к укреплению здоровья и облегчению боли, учитывая психологическое состояние пациента. Компетенция должна определяться в первую очередь по теоретическим знаниям и клиническому опыту, соответствующему профессии или специальности на данный момент. Профессиональные стандарты и навыки, которыми должны обладать профессиональные и медицинские работники при выполнении своей работы, определяются современным положением дел. Идя в ногу с прогрессом в области медицины, они меняются с появлением новых достижений и при этом уходят из практики методы, которые уже не отражают современное положение дел. Вместе с тем считается, что профессиональные стандарты необязательно должны предписывать одну линию поведения как единственно возможную: распространенная медицинская практика может на самом деле допускать несколько возможных форм вмешательства, что оставляет некоторую свободу выбора методов или способов такого вмешательства.
33. Кроме того, конкретную форму поведения необходимо выбирать в зависимости от конкретного состояния здоровья данного пациента. В частности, вмешательство должно отвечать критериям соответствия и соотношения между поставленной целью и применяемыми средствами. Еще один важный фактор успеха медикаментозного лечения — это доверие пациента к своему врачу. Это доверие определяет и обязанности врача по отношению к своему пациенту. Одним из важных элементов этих обязанностей является уважение прав пациента. Это создает и укрепляет взаимное доверие. Если будут в полной мере соблюдаться права пациента, то лечебный союз будет от этого только крепче.
34. Данная статья посвящена согласию и подтверждает на международном уровне уже давно установленные правила, которые заключаются в том, что никто не может в принципе подвергнуться медицинскому вмешательству без его или ее согласия. Таким образом, человек должен иметь возможность добровольно давать свое согласие на вмешательство, связанное с его организмом, или отказаться от такого вмешательства. Это правило подчеркивает самостоятельность пациента в его отношениях с профессиональными медицинскими работниками и заставляет воздерживаться от патерналистского подхода, при котором желание пациента может игнорироваться. Слово "вмешательство" понимается в самом широком смысле, как, например, в статье 4, т. е. оно охватывает все врачебные действия, в частности, вмешательство, совершаемое с целью профилактики, установления диагноза, лечения, реабилитации и проведения научных исследований.
35. Согласие пациента считается добровольным и осознанным, если оно дается на основе объективной информации, полученной от ответственного медицинского работника, о характере и возможных последствиях запланированного вмешательства или альтернативных вариантов без всякого давления со стороны кого бы то ни было. В пункте 2 статьи 5 приводятся наиболее важные аспекты информации, которая должна предшествовать вмешательству, но перечень не является исчерпывающим: согласие на основе полной информации может подразумевать, в зависимости от обстоятельств, дополнительные элементы. Для того чтобы согласие человека было действительным, он должен быть заранее проинформирован о соответствующих актах, касающихся предполагаемого вмешательства. При этом ему должны быть сообщены цель, характер и последствия вмешательства, а также связанные с этим риски. Информация о рисках, связанных с вмешательством или альтернативными действиями, должна включать в себя не только сообщение о рисках, присущих предполагаемому вмешательству, но и о любых рисках, связанных с индивидуальными характеристиками каждого пациента, например, возрастом или наличием других патологий. На просьбы пациента предоставить дополнительную информацию необходимо давать соответствующий ответ.
36. Кроме того, информация должна быть достаточно ясной и сформулирована так, чтобы она была понятна тому, кто должен подвергнуться вмешательству. Терминология должна подбираться так, чтобы пациент мог ее понять, с тем чтобы взвесить необходимость и полезность целей и методов вмешательства по сравнению с рисками или болями, которые при этом неизбежны.
37. Согласие может даваться в самых различных формах. Оно может быть прямым или косвенным. Прямое согласие может быть устным или письменным. Статья 5, которая носит общий характер и охватывает самые разные ситуации, не предусматривает какую-либо конкретную форму, последняя будет в значительной степени зависеть от характера вмешательства. Принято считать, что прямое согласие необязательно в отношении многих обычных врачебных действий. В связи с этим согласие зачастую бывает косвенным, поскольку соответствующее лицо достаточно информировано о том, что должно произойти. Однако в некоторых случаях, например в случае инвазивной диагностики или лечения, может потребовать прямое согласие. Более того, для участия в научных исследованиях или в случае удаления частей тела в целях трансплантации необходимо прямое и конкретное согласие пациента (см. статьи 16 и 17).
38. Добровольное согласие означает, что оно может быть отозвано в любой момент и что решение соответствующего лица должно уважаться, если он или она полностью информированы о последствиях. Однако этот принцип не означает, что, например, отказ пациента во время операции должен всегда выполняться. Профессиональные стандарты и обязательства, а также правила поведения, которые применяются в таких случаях в соответствии со статьей 4, могут потребовать от врача продолжать операцию, с тем чтобы избежать серьезной опасности для здоровья пациента.
39. Кроме того, статья 26 Конвенции, а также статья 6, касающаяся защиты лиц, не способных дать согласие, статья 7, касающаяся защиты лиц, страдающих психическим расстройством, и статья 8, касающаяся чрезвычайных ситуаций, предусматривают случаи, когда осуществление прав по Конвенции и, следовательно, необходимость в согласии могут быть ограничены.
40. Информация — это право пациента, но, как предусмотрено в статье 10, необходимо уважать возможные пожелания пациента не быть информированным. Однако это не избавляет от необходимости добиваться согласия на вмешательство, предлагаемое пациенту.
41. Некоторые могут оказаться не способными дать полное и действительное согласие на вмешательство в силу своего возраста (несовершеннолетние) или своей умственной неспособности. В связи с этим для того, чтобы обеспечить их защиту, необходимо уточнять условия, при которых эти люди могут подвергнуться вмешательству.
42. Неспособность дать согласие, о котором говорится в данной статье, необходимо понимать в контексте конкретного вмешательства. Однако при этом необходимо учитывать разнообразие правовых систем в Европе: в некоторых странах способность пациента дать согласие должна проверяться в случае каждого отдельного вмешательства, в то время как в других странах эта система построена на принципе ограничения дееспособности, когда человек может быть объявлен неспособным дать согласие на один или несколько видов врачебной деятельности. Поскольку Конвенция не преследует цель ввести единую систему для всей Европы, а призвана защищать тех, кто не способен дать свое согласие, представляется необходимой ссылка в тексте на внутригосударственное право: именно внутригосударственное право каждой страны должно по-своему определять, способны или не способны лица давать согласие на вмешательство, учитывая при этом необходимость лишать их способности на самостоятельные действия только в тех случаях, когда это необходимо в их наилучших интересах.
43. Вместе с тем в целях защиты основных прав человека и, в частности, во избежание применения дискриминационных критериев в пункте 3 перечисляются причины, по которым взрослый человек может считаться не способным дать согласие по внутригосударственному праву, а именно: в силу умственной отсталости, болезни или по какой-либо аналогичной причине. Термин "по состоянию здоровья" относится к таким ситуациям, как несчастные случаи, состояние комы, например, когда пациент не способен выразить или передать свое пожелание (см. также пункт 57, ниже, о чрезвычайных ситуациях). Если взрослый человек объявлен неспособным, но в определенный момент не страдает от сниженной умственной способности (например, если во время болезни ему становится лучше), он должен в соответствии со статьей 5 сам дать согласие.
44. Если лицо признается не способным дать согласие, на этот случай в Конвенции предусматривается принцип защиты, в соответствии с которым согласно пункту 1 вмешательство должно осуществляться в непосредственных интересах такого лица. Отклонение от этого правила возможно лишь в двух случаях, предусматриваемых статьями 17 и 20 Конвенции, посвященных соответственно медицинским исследованиям на людях и изъятию восстанавливающихся тканей.
45. Как говорилось выше, второй и третий пункты предусматривают, что, если несовершеннолетний (пункт 2) или взрослый (пункт 3) не способен дать согласие на вмешательство, оно может осуществляться только с согласия родителей, на попечении которых находится несовершеннолетний, его или ее законного представителя или любого лица или органа, определенных законом. Однако по мере возможности для того, чтобы сохранить самостоятельность лиц в связи с вмешательством, влияющим на их здоровье, во второй части пункта 2 говорится, что мнение несовершеннолетних следует принимать во внимание как все более определяющий фактор с учетом их возраста и проницательности. Это означает, что в определенных ситуациях, когда учитываются характер и серьезность вмешательства, а также возраст несовершеннолетнего и его способность к пониманию, мнение несовершеннолетнего должно иметь все больше веса при принятии окончательного решения. Из этого можно даже сделать вывод, что согласие несовершеннолетнего должно быть обязательным или по крайней мере достаточным при некоторых вмешательствах. Отметим, что положение второй части пункта 2 соответствует статье 12 Конвенции Организации Объединенных Наций о правах ребенка, которая предусматривает, что "государство-участник обеспечивает ребенку, который способен выразить его или ее собственное мнение, право выражать эти мнения свободно по всем вопросам, связанным с ребенком, при этом мнение ребенка должно иметь надлежащий вес в зависимости от его возраста и степени зрелости".
46. Кроме того, нельзя полностью исключать участие взрослых, не способных дать согласие, в принятии решений. Эту идею отражает обязательство привлекать взрослого по мере возможности к процедуре получения разрешения. При этом им необходимо будет разъяснить значение и обстоятельства вмешательства и затем узнать их мнение.
47. Пункт 4 данной статьи созвучен со статьей 5, касающейся согласия в целом, и в нем говорится, что лицо или орган, чье разрешение необходимо для осуществления вмешательства, должно иметь соответствующую информацию о последствиях и связанных с этим рисках.
48. В соответствии с пунктом 5 соответствующее лицо или орган могут отозвать свое разрешение в любое время при условии, что это делается в интересах лица, не способного дать согласие. Врачи и другие профессиональные медицинские работники в первую очередь несут ответственность перед своим пациентом, их действия в интересах пациента являются частью профессионального стандарта (статья 4). Фактически врач обязан защищать пациента от тех решений лица или органа, чье разрешение необходимо, которые не отвечают интересам пациента; в связи с этим в национальном праве должны быть предусмотрены соответствующие регрессные процедуры. Подчинение согласия (или его отозвание) интересам пациента отвечает цели защиты личности. Лицо, способное дать согласие на вмешательство, имеет право отозвать беспрепятственно это согласие, даже если это противоречит интересам личности, но это право нельзя применять к разрешению на вмешательство в организм другого человека, и это разрешение может быть отозвано только в тех случаях, если это отвечает интересам такой третьей стороны.
49. В данной статье не было сочтено необходимым предусматривать право обжалования решения законного представителя разрешить или не разрешить вмешательство. По самой сути пунктов 2 и 3 данной статьи вмешательство может осуществляться только "с разрешения его представителя, органа власти либо лица или инстанции, определенных законом", что само по себе означает возможность обжалования в органе или инстанции в соответствии с положениями внутреннего права.
50. Данная статья посвящена конкретному вопросу лечения пациентов, страдающих психическими расстройствами. С одной стороны, она является исключением из общего правила о согласии для лиц, способных дать такое согласие (статья 5)5, но их способность принимать решение относительно предлагаемого лечения серьезно ослаблена их психическим расстройством. С другой стороны, она гарантирует защиту этих лиц, ограничивая число случаев, когда они могут быть подвергнуты лечению в связи с их психическим расстройством без их согласия, и ставя такое вмешательство в зависимость от конкретных условий. Кроме того, данная статья не предусматривает конкретные чрезвычайные ситуации, упомянутые в статье 8.
51. Первое условие состоит в том, что человек должен страдать психическим расстройством (по-французски touble mental). Чтобы эта статья была применима, должно наблюдаться ухудшение умственных способностей данного лица.
52. Второе условие состоит в том, что вмешательство необходимо для лечения таких конкретных психических расстройств. Поэтому для каждого другого вида вмешательства врач должен спросить согласие пациента, насколько это возможно, после чего должно последовать разрешение или отказ пациента. Несогласием на вмешательство можно пренебречь только в случаях, предусмотренных законом, а также в тех случаях, когда невмешательство может нанести серьезный вред здоровью индивида (или здоровью и безопасности других). Иными словами, если лица, способные дать согласие, отказываются от вмешательства, не направленного на лечение их психического расстройства, такой отказ необходимо уважать так же, как и в случае других пациентов, способных давать согласие.
53. В ряде государств-членов существуют законы о лечении пациентов с серьезными душевными заболеваниями, которые в принудительном порядке содержатся в лечебном заведении или находятся в критическом положении, угрожающем жизни человека. Они разрешают вмешательство в определенных серьезных ситуациях, например, при лечении серьезного соматического заболевания у психически больного или в некоторых экстренных случаях, чреватых серьезными последствиями (например, острый аппендицит, передозировка медикаментов или в случае с женщиной с серьезным психическим заболеванием, имеющей прободную внематочную беременность). В таких случаях законодательство разрешает лечение во имя спасения жизни, если соответствующий врач считает необходимым поступать именно таким образом. Такая процедура предусматривается статьей 6 (Защита лиц, не способных дать согласие) или статьей 8 (Чрезвычайная ситуация).
54. Третье условие состоит в том, что, если не лечить человека от психического расстройства, может быть нанесен серьезный вред его здоровью. Такая опасность существует, например, если у человека есть наклонность к самоубийству, и поэтому существует опасность для него самого. В статье говорится лишь об опасности для собственного здоровья пациента, в то время как статья 26 Конвенции разрешает лечить больных против их воли, чтобы защитить права и свободы других людей (например, в случае буйного поведения). Таким образом, статья защищает, с одной стороны, здоровье человека (поскольку лечение психического расстройства без согласия разрешается в тех случаях, когда отсутствие лечения может серьезным образом повредить здоровью человека) и, с другой стороны, она защищает их самостоятельность (поскольку лечение без согласия запрещается, если отсутствие лечения не представляет серьезной опасности для здоровья человека).
55. И последнее условие заключается в том, что необходимо соблюдать меры защиты, предусмотренные в национальном праве. В статье указывается, что эти меры должны включать в себя соответствующие процедуры надзора, контроля и обжалования, например, через посредничество судебного органа. Это требование вполне понятно, если учитывать тот факт, что возможно осуществление вмешательства в здоровье человека, который не давал на это своего согласия; поэтому необходимо предусмотреть надлежащий механизм защиты прав этого человека. В связи с этим в рекомендации № R (83) 2 Комитета министров Совета Европы о правовой защите лиц, страдающих душевными расстройствами и проходящих принудительное лечение, устанавливается ряд принципов, которые необходимо соблюдать во время психиатрического лечения в лечебнице. Следует также упомянуть Гавайскую декларацию Всемирной психиатрической ассоциации от 10 июля 1983 года и ее пересмотренные варианты и Мадридскую декларацию от 25 августа 1996 года, а также рекомендацию 1235 (1994) Парламентской Ассамблеи о психиатрии и правах человека.
56. В экстренных случаях врачи могут столкнуться с необходимостью выбирать между своей обязанностью обеспечить лечение и заручительством пациента. Данная статья позволяет врачу действовать в таких ситуациях незамедлительно, не дожидаясь согласия пациента, или, в необходимых случаях, разрешения его законного представителя. Поскольку это является отходом от общего правила, изложенного в статьях 5 и 6, оно оговаривается рядом условий.
57. Во-первых, такая возможность ограничивается теми крайними случаями, когда у врача нет возможности получить соответствующее согласие. Данная статья применима как к тем, кто способен дать согласие, так и к тем, кто де-факто или де-юре не может дать такое согласие. Здесь можно привести пример, когда пациент находится в коматозном состоянии или когда врач не может связаться с законным представителем не способного действовать человека, а этот представитель, как правило, должен давать разрешение на неотложное вмешательство. Однако даже в экстренных случаях профессиональные медицинские работники должны приложить все разумные усилия, чтобы определить, чего хочет пациент.
58. Кроме того, эта возможность ограничивается исключительно необходимым с медицинской точки зрения вмешательством, которое нельзя откладывать. Вмешательство, которое можно отложить, недопустимо. Вместе с тем нельзя откладывать вмешательство, когда речь идет о спасении жизни человека.
59. И наконец, в статье указывается, что вмешательство необходимо, если оно делается исключительно в интересах соответствующего лица.
60. Статья 8 избавляет от необходимости получать согласие в экстренных ситуациях, но в то же время она призвана охватывать те случаи, когда лица, способные к восприятию, заранее выражают свое согласие (т. е. одобрение или отказ) в связи с предсказуемыми ситуациями, когда они в состоянии выразить свое мнение относительно вмешательства.
61. Таким образом, данная статья охватывает не только экстренные ситуации, о которых говорится в статье 8, но и ситуации, когда человек предвидит, что он может оказаться неспособным дать свое действительное согласие, например в случае прогрессирующей болезни, такой,