Report of the Special Rapporteur Sir Nigel Rodley, Mission to Azerbaijan, 2001.

Доклад Специального докладчика г-на Найджела Родли, представленный в соответствии с резолюцией 2000/43 Комиссии по правам человека, Посещение Азербайджана, E/CN.4/2001/66/Add.1.

ГРАЖДАНСКИЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРАВА, ВКЛЮЧАЯ ВОПРОСЫ ПЫТОК И ЗАДЕРЖАНИЙ

Доклад Специального докладчика сэра Найджела Родли, представленный в соответствии с резолюцией 2000/43 Комиссии по правам человека.

1. В ответ на запрос, сделанный Специальным докладчиком в ноябре 1999 года, правительство Азербайджанской Республики пригласило его провести в стране миссию по установлению фактов в рамках его мандата. Цель посещения, которое состоялось с 7 по 15 мая 2000 года, заключалась в том, чтобы обеспечить сбор Специальным докладчиком информации из первоисточника на основе широких контактов, с тем чтобы лучше оценить ситуацию в области применения пыток и жестокого обращения в Азербайджане и таким образом иметь возможность рекомендовать правительству Азербайджана ряд мер, которые следует принять для того, чтобы положить конец пыткам и другим формам жестокого обращения.

2. В ходе визита Специальный докладчик встретился с президентом Азербайджанской Республики Его Превосходительством г-ном Гейдаром Алиевым; министром внутренних дел генерал-лейтенантом Рамилем Усубовым; министром национальной безопасности г‑ном Намиком Аббасовым, а также с начальником следственного управления г‑ном Мансуровым; министром юстиции г-ном Фикретом Маммедовым, а также с заместителем министра юстиции и главой управления по исполнению судебных решений генералом Айдином Гасимовым; председателем Верховного суда г-жой Судобой Гасановой, а также с председателем апелляционного суда г-жой Гюльзарой Рзаевой; Генеральным прокурором г-ном Закиром Гараловым, а также с заместителем Генерального прокурора г-ном Н. Аллахвердиевым; заместителем министра иностранных дел г-ном Халафом Халафовым; заместителем министра обороны полковником Мамедом Бейдуллаевым; главой управления правоохранительных органов исполнительной администрации президента г-ном Фаудом Алесгеровым; членами Комиссии по правам человека Милли Меджлиса (парламента) Азербайджана, включая его Председателя г‑на Керима Керимова; с начальником городского отдела полиции Баку г‑ном Магеррамом Алиевым; первым заместителем начальника городского отдела полиции Баку г-ном Яшаром Алиевым; руководителем управления общественной безопасности городского отдела полиции Баку г-ном Яванширом Мамедовым; руководителем управления по борьбе с организованной преступностью г‑ном Севиндиком Сафаровым. Специальный докладчик также встретился с сотрудниками Научно-исследовательского института по правам человека при Академии наук Азербайджана, в том числе с его директором г-ном Ровшаном Мустафаевым.

3. Во время своего пребывания в Баку Специальный докладчик посетил следующие места содержания лиц, лишенных свободы: Гобустанскую тюрьму; три следственных изолятора: следственный центр № 1 1 , также известный под названием Баиловское СИЗО, следственный центр № 3, также известный под названием Шувелянское СИЗО и следственный изолятор министерства национальной безопасности; четыре расположенных в Баку изолятора для предварительного задержания, включая изоляторы при Управлении по борьбе с организованной преступностью, при бакинском городском отделе полиции (так называемый "Горотдел" 2 , наримановское отделение полиции и следственный изолятор министерства национальной безопасности; кроме того, Специальный докладчик посетил следующие региональные и местные отделения полиции: отдел полиции Низаминского района города Баку и его отделение № 25, отдел полиции района Сабунчи города Баку и его отделение № 12, отделение № 9 полиции города Баку и главный полицейский приемник-распределитель города Баку в Бинагады.

4. Специальный докладчик встретился с лицами, которые сами или родственники которых, согласно сообщениям, являлись жертвами пыток или других форм жестокого обращения; он получил устные и/или письменные сведения от таких неправительственных организаций (НПО), как Центр по правам человека Азербайджана, Профессиональный союз журналистов Азербайджана, Национальный комитет Хельсинкской гражданской ассамблеи, Отдел прав человека Института защиты мира и демократии. Наконец, он встретился с адвокатами юридической фирмы "Виза".

5. Специальный докладчик хотел бы поблагодарить правительство Азербайджанской Республики за приглашение и всестороннюю помощь в проведении его миссии, что в значительной мере облегчило его задачу. Он также хотел бы выразить свою признательность исполняющему обязанности Координатора Программы развития Организации Объединенных Наций и его персоналу за их материально-техническую и прочую поддержку.

6. В последние годы у Специального докладчика появилась информация о том, что среди сотрудников правоохранительных органов распространена практика применения пыток к лицам, содержащимся под стражей до суда, которая имеет целью наказание, получение признаний или вымогательство взяток у них или их родственников. Согласно сообщениям, лица, обвиняемые в измене или в других политических преступлениях, подвергаются систематическим пыткам. Сообщалось, что пытки применяются сразу же после ареста, но могут длиться и месяцами на протяжении всего периода содержания под стражей до суда. Как утверждается, задержанные часто содержатся в следственных изоляторах временного содержания без предъявления обвинений намного дольше установленного законом срока в результате применения процедуры постоянного продления срока содержания под стражей. Кроме того, сообщалось, что сотрудники полиции пытаются заставить задержанных отказаться от услуг адвоката или согласиться на услуги назначенных государством адвокатов, которые не всегда действуют в интересах своих клиентов. Утверждается, что официальная судебно-медицинская экспертиза проводится редко и что добиться ее проведения крайне трудно, даже несмотря на запрос адвоката. Согласно полученной информации, Генеральная прокуратура использует полученные под принуждением признания в качестве доказательств, для того чтобы добиться обвинительных приговоров в суде. Сообщается, что прокуратура редко расследует жалобы о применении пыток и еще реже преследует в судебном порядке виновных сотрудников полиции. Наконец, Специальный докладчик также препроводил правительству информацию о том, что условия содержания под стражей до суда можно квалифицировать как жестокое и бесчеловечное обращение (см. E/CN.4/2000/9 , пункт 37 и последующие пункты).

7. Просьба Специального докладчика о посещении страны явилась также отражением озабоченности, выраженной Комитетом против пыток в ноябре 1999 года после рассмотрения представленного Азербайджаном первоначального доклада о мерах, принятых по выполнению Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания ( CAT/C/37/Add.3 ). Озабоченность Комитета вызвали "многочисленные и постоянно поступающие сообщения о предполагаемых пытках и других бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения и наказания, применяемых сотрудниками правоохранительных органов [и] явная неспособность обеспечить быстрое, беспристрастное и тщательное расследование многочисленных утверждений о применении пыток, полученных Комитетом, а также неспособность при необходимости возбудить уголовное преследование в отношении виновных" (там же, пункт 5 b ) и с)). В этой связи президентским указом от 10 марта 2000 года была учреждена рабочая группа под председательством главы администрации президента. Она подготовила записку, озаглавленную "Информация, касающаяся выполнения рекомендаций Комитета против пыток и проверки замечаний, содержащихся в докладе организации Международная амнистия по Азербайджану" (далее именуемая "Информационная записка"), которая была передана Специальному докладчику перед началом его миссии. По мере необходимости в настоящем докладе будут делаться ссылки на содержащуюся в этой записке информацию.

8. Кроме того, в Азербайджанской Республике издана брошюра под названием "Документы, касающиеся рекомендаций Комитета ООН против пыток и организации Международная амнистия по докладу Азербайджанской Республики о выполнении положений Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания", в которой содержатся не только вышеупомянутые рекомендации, но и некоторые решения, принятые президентом, Генеральной прокуратурой и пленумом Верховного суда. Министр юстиции сообщил, что эта брошюра будет широко распространена среди сотрудников правоохранительных органов. Он также подчеркнул важность просвещения и распространения среди населения соответствующей информации о проблемах пыток. По словам министра, простые люди должны осознать, что пытки являются незаконной и неприемлемой практикой.

9. Президент Республики на встрече со Специальным докладчиком признал наличие определенных недостатков, но при этом вновь заявил о своей решимости принять необходимые меры. В этой связи он приветствовал посещение Специального докладчика как возможность оказать ему помощь в оценке того, выполняются ли на местах решения, принятые вышестоящими должностными лицами. Аналогичным образом значительное число должностных лиц, с которыми встречался Специальный докладчик, упоминали о выводах Комитета против пыток и международных неправительственных организаций (НПО) и заявляли о своей готовности решать любые возникающие проблемы. Неправительственные источники признали проявленную недавно правительством решимость покончить с практикой пыток несмотря на то, что принимаемые для этого меры они пока еще встречают с определенной сдержанностью. Например, во время визита Специального докладчика в стране проводилась обширная правовая реформа с целью проведения национального законодательства в соответствие с международными стандартами. Официальные лица упоминали о том, что в этом процессе активное участие принимают международные эксперты, в частности эксперты из Совета Европы. Заместитель министра иностранных дел и министр юстиции тем не менее признали необходимость того, чтобы правовые реформы сопровождались структурными изменениями в государственных учреждениях. Подчеркивалась и важность усилий, направленных на изменение подхода и менталитета сотрудников правоохранительных органов. В этой связи Специальный докладчик с озабоченностью отметил, что, как представляется, неправительственные организации не были привлечены к процессу проведения правовой реформы, которая, по утверждениям, страдала отсутствием транспарентности. В качестве одного из препятствий должностные лица также называли бремя наследия советского периода с точки зрения сохранившихся структур и обычаев.

10. Одна из основных проблем, на которую было обращено внимание Специального докладчика, заключается в высоком уровне вооруженной преступности, с которой правоохранительным органам пришлось столкнуться после обретения страной независимости в 1991 году. Министр внутренних дел сообщил, что за период с 1994 по 1996 годы у населения было изъято около 18 000 единиц огнестрельного оружия. Он подчеркнул, что в настоящее время Азербайджан является одной из стран Содружества Независимых Государств (СНГ) с наименьшим уровнем преступности. По его словам, это отчасти объясняется тем фактом, что раскрываемость преступлений за последние годы достигла 90%.

В. Информация, касающаяся отделений полиции и мест временного содержания под стражей

11. Согласно действовавшему в период проведения миссии законодательству, любое лицо могло быть арестовано и в течение трех часов содержаться в отделении полиции с целью установления личности. После этого срока, отведенного для установления личности, данное лицо должно быть переведено в один из центров предварительного содержания под стражей (или изоляции), также именуемых изоляторами временного содержания под стражей и ранее известных под названием ИВС, где подследственный может содержаться под стражей не более трех дней. Эти места для содержания под стражей находятся в ведении министерства внутренних дел. По словам Генерального прокурора, статья 129 Уголовного кодекса предусматривает, что в случае совершения особо тяжких преступлений прокурор может продлить период предварительного содержания под стражей для целей проведения расследования до 10 дней. Он добавил, что в отношении девяти видов преступлений прокурор правомочен продлить период следствия на срок до 18 месяцев. Генеральный прокурор признал, что иногда прокуроры могут способствовать совершению нарушений со стороны полиции, например, посредством продления такого периода предварительного содержания под стражей. По его мнению, виной этому является менталитет, доставшийся в наследство от прошлого режима.

12. По истечении 3-10 дней задержанное лицо должно быть освобождено, либо ему должно быть предъявлено обвинение, после чего оно направляется в один из следственных изоляторов, находящихся в ведении министерства юстиции. Задержанные, с которыми Специальный докладчик встретился во время своих посещений следственных изоляторов, рассказали, что они содержатся в камерах временного содержания под стражей от 3 до 15 дней. У большинства из них срок содержания под стражей превышал обычный трехдневный период. Большинство сообщений о применении пыток, полученных Специальным докладчиком, касались именно предварительного периода содержания подозреваемых лиц в таких изоляторах. Как указывалось выше, в Баку существует только четыре таких изолятора: городской отдел полиции Баку ("Горотдел"), изоляторы в министерстве национальной безопасности, в управлении по борьбе с организованной преступностью и в Наримановском отделении полиции; в ходе своей миссии Специальный докладчик посетил все из них.

13. Министр внутренних дел передал Специальному докладчику копии различных приказов, изданных им в марте 2000 года и касающихся защиты прав человека органами правопорядка. В этих приказах четко перечислены международные гарантии и нормы, касающиеся обращения с арестованными лицами. Кроме того, в них содержалось требование об улучшении условий содержания под стражей в отделениях полиции и в следственных изоляторах, находящихся под его юрисдикцией.

14. Генеральный прокурор сообщил, что контроль за деятельностью отделений полиции и следственных изоляторов осуществляется Генеральной прокуратурой. Он сообщил о значительном числе случаев произвольного задержания и упомянул об одном конкретном случае применения пыток (задержанный был избит до смерти), после которого был уволен следователь прокуратуры за то, что он не пресек указанные действия. Специальный докладчик был информирован о том, что против виновных сотрудников полиции возбуждено уголовное дело.

15. 9 мая Специальный докладчик посетил отдел полиции Низаминского района города Баку. На момент посещения задержанных в нем не было. За предыдущие четыре месяца туда было доставлено только 26 человек. Из регистрационных записей удалось узнать, что большинство содержалось под стражей в этом отделении полиции дольше трехчасового срока, разрешенного законом для установления личности. Специальному докладчику разъяснили, что эти задержания были проведены по требованию следователей и одобрены прокуратурой. В регистрационном журнале, однако, никаких упоминаний о таких санкциях не содержалось. По словам начальника этого отделения, такие разрешения хранятся в следственных делах подозреваемых лиц. Специальному докладчику также сообщили, что большинство из этих лиц формально не были задержаны, т.е. они не содержались в камерах, а были просто допрошены в кабинетах следователей.

16. Затем Специальный докладчик посетил отделение № 25, которое находится в ведении вышеупомянутого районного отдела полиции. Как сообщили Специальному докладчику, арестованные содержатся позади поста дежурного в малоприспособленном для этого, но хорошо проветриваемом и освещенном помещении. Вместе с тем Специальный докладчик отметил наличие еще двух темных камер позади этого первого помещения, которые, как ему сообщил начальник Низаминского районного отдела полиции, не использовались со времени обретения страной независимости. Тем не менее Специальный докладчик заметил на стенах этих двух камер нацарапанные надписи с фамилиями и недавними датами, например 4 июля 1999 года и 24 января 2000 года. О том, что эти камеры, очевидно, использовались недавно, свидетельствовали обнаруженные в них окурки и кости с остатками жареного мяса. На заданный об этом вопрос сотрудники полиции ответили, что, возможно, кто-то из их коллег пользовался этими камеры и, вероятно, сделал указанные надписи. Впоследствии Специальный докладчик обнаружил в регистрационном журнале запись от 24 января 2000 года, в которой фигурировала та же фамилия, что и в надписи на стене. Ему объяснили, что эта фамилия широко распространена в Азербайджане и, скорее всего, является фамилией шофера начальника отделения полиции, который, возможно, и сделал эту надпись на стене. Такое объяснение показалось ему неубедительным. Специальному докладчику не удалось ознакомиться с делами, находившимися в кабинетах следователей, которые оказались запертыми во время его визита и не могли быть открыты, поскольку сотрудники, у которых находились ключи, отсутствовали. В одном из кабинетов позади поста дежурного Специальный докладчик заметил деревянные и металлические бруски. Ему сказали, что это остатки строительных материалов, которые использовались при ремонте помещения.

17. В тот же день Специальный докладчик посетил отдел полиции района Сабунчи. Во время его посещения задержанных там не было. В одном из кабинетов следователей Специальный докладчик обнаружил небольшой ломик и нож. Ему объяснили, что их использовали для починки сломанного стула. Специальный докладчик отметил, что в регистрационном журнале в некоторых записях не содержалось информации о дате и времени освобождения или перевода доставленных в райотдел лиц. Находившиеся там сотрудники объяснили, что такая запись в журнале может быть сделана только после завершения оформления документов. Начальник отделения признал тот факт, что фамилии лиц, отпущенных домой, следовало занести в журнал. Он сказал, что соответствующим сотрудникам будет сделан выговор за это упущение. Специальным докладчиком были замечены и другие мелкие оплошности; так, двое задержанных были доставлены в 8 час. 00 мин. по заявлению, которое было подано в тот же день в 10 час. 00 мин. Если не учитывать случаи отсутствия записей о переводе или освобождении задержанных лиц, в этом полицейском участке в общей сложности содержался 41 задержанный, и, согласно регистрационному журналу, срок их содержания под стражей не превышал трех часов.

18. Кроме того, Специальный докладчик посетил отделение № 12 отдела полиции района Сабунчи, где он обнаружил наличие трех темных камер. По словам дежурных сотрудников, в освещении нет необходимости, поскольку задержанные содержатся там не более трех часов. Такое объяснение показалось Специальному докладчику неубедительным.

19. Специальному докладчику показали видеозаписывающую аппаратуру, которая используется для записи представляемых суду показаний. Сотрудники Управления по борьбе с организованной преступностью проинформировали его о том, что они также используют такое оборудование в своей следственной деятельности. Согласно полученной информации, иногда также проводится видеозапись допросов в ходе предварительного следствия. Ему сообщили, что это делается исключительно по усмотрению следователя.

20. Специальный докладчик обратил внимание на откровенное признание, сделанное начальником отделения № 9 полиции города Баку во время посещения им этого отделения, который сказал, что в последние несколько месяцев сотрудники полиции стараются более тщательно соблюдать установленные нормы. Специальный докладчик считает, что за последние несколько месяцев действительно произошли позитивные перемены.

21. 8 мая по приглашению официальных органов Специальный докладчик посетил Управление по борьбе с организованной преступностью. Оно было создано в 1994 году в соответствии с президентским указом в целях борьбы с организованной преступностью и расформирования вооруженных группировок, которые, как сообщили Специальному докладчику, проявляли в то время особую активность. 250 сотрудников Управления, 100 из которых размещены в Баку, в настоящее время в основном занимаются делами, связанными с контрабандой наркотиков, коррупцией и подделкой. По данным регистрационного журнала, с начала года в этом Управлении содержалось 134 человека. На момент посещения Специального докладчика там находились трое заключенных, содержавшихся в чистых камерах, в которых имелись кровати с матрацами и одеялами. Никаких особых жалоб со стороны заключенных, опрошенных Специальным докладчиком, не выражалось.

22. 8 мая по приглашению начальника городского отдела полиции Баку Специальный докладчик посетил следственный изолятор, известный под названием "Горотдел". На момент посещения там содержались 14 человек в основном по обвинениям, связанным с наркотиками и подделкой. Они размещались в достаточно чистых, но очень жарких камерах, в которых имелись кровати с матрацами и одеялами. Следует отметить, что лица, задержанные в первый раз, содержались совместно с ранее осужденными. Все задержанные, с которыми беседовал Специальный докладчик, отметили, что во время ареста или первого допроса они боялись того, что могут подвергнуться жестокому обращению, если не будут выполнять требования своих следователей. Некоторые из них сообщили, что после задержания их избили, а другие сказали, что им угрожали расправой, если они не подпишут подготовленных следователями показаний. Например, один из подследственных сообщил, что в одном из районных отделений полиции Баку его били, в том числе и по лицу, угрожали применить резиновую дубинку и заставили подписать признание. Однако, опасаясь нового насилия, все задержанные просили Специального докладчика сохранить в тайне их фамилии и сообщенную информацию. Специальный докладчик с озабоченностью отмечает, что испытываемые ими опасения независимо от того, являются они обоснованными или нет, помешали обратиться с жалобой на то обращение, которому они подвергались.

23. 14 мая Специальный докладчик вновь посетил "Горотдел", где находились 14 человек. В отличие от первого посещения, некоторые задержанные спали на деревянных нарах без матрацев и одеял. Согласно регистрационным записям, все сроки задержания, превышавшие двое суток, были санкционированы прокурором. Однако, согласно полученной информации, один человек был зарегистрирован через день после его фактического задержания. На этот раз задержанные лица выразили те же опасения, что и ранее: они отказывались называть свои фамилии или давать Специальному докладчику информацию об обращении, которому они подвергались с момента их ареста. Некоторые из них дали достаточно убедительные показания о том, что их подвергали избиениям, в частности, сотрудники "Горотдела". Кроме того, некоторые заключенные заявили, что им предлагали заплатить взятки.

24. Во время посещения Баиловского СИЗО Специальный докладчик встретился с двумя заключенными, которые содержались в "Горотделе", один - в течение одного месяца и двух дней, а другой - в течение двух месяцев, и одному из них было предъявлено обвинение в государственной измене, а другому - в убийстве. Оба они, опасаясь репрессий, отказались, сообщить Специальному докладчику о том, какому обращению они подвергались во время допросов в "Горотделе".

25. 14 мая Специальный докладчик посетил камеры временного содержания в отделении полиции Наримановского района, где в 13 камерах содержались 15 человек. Начальник изолятора сообщил Специальному докладчику о том, что все задержанные лица по истечении трехдневного срока всегда переводятся в следственный изолятор. Поэтому следователи не ходатайствуют перед прокурорами о продлении первоначального периода задержания. Этот факт подтвердили различные регистрационные журналы, которые показали Специальному докладчику.

26. В следственном изоляторе Наримановского района Специальный докладчик встретился с заключенным, которому во время его первого допроса предложили помощь адвоката. Адвокат присутствовал на всех последующих допросах. Тем не менее было очевидно, что этот заключенный, как и ряд других, с которыми Специальному докладчику удалось встретиться в различных местах содержания под стражей, не понимал роли и функций адвоката. Начальник изолятора признал тот факт, что назначаемые государством адвокаты не проявляют большой активности, и выразил по этому поводу свое сожаление. Поэтому непонимание задержанными функций адвоката не вызвало его особого удивления.

27. Наконец, 12 мая Специальный докладчик посетил главный полицейский приемник-распределитель города Баку в Бинагады. В этом центре сроком до 30 дней содержатся задержанные, чью личность не удалось удостоверить в полицейских участках в течение отведенных для этого трех часов. После 30 дней, если ордер на арест не выписывается, задержанные подлежат освобождению. Во время посещения Специального докладчика там находился 31 человек, преимущественно бездомные. По словам начальника приемника-распределителя в Бинагады, содержавшиеся там лица формально не являются заключенными. Тем не менее прокуратура ставится в известность об их пребывании там.

28. В камерах, которые посетил Специальный докладчик, имелось лишь элементарное оборудование, они были грязными и в них стоял неприятный запах. В камерах не было естественного освещения и надлежащей системы вентиляции. Единственным источником свежего воздуха было небольшое отверстие в двери. Начальник приемника-распределителя в Бинагады сообщил Специальному докладчику, что в летний период действует эффективная система вентиляции. Задержанные спали на деревянных нарах. У некоторых были одеяла.

29. Практически все задержанные лица, с которыми Специальный докладчик встречался в следственных изоляторах, явно боялись затрагивать вопрос о том обращении, которому они подвергались в полицейских участках и в местах временного содержания под стражей. Многие из них сообщили, что им угрожали и давали искаженную информацию об их правах. Женщины, в частности, говорили о том, что они вновь обрели чувство собственного достоинства только после того, как их перевели в следственные изоляторы. Все говорили о том, что они могут многое рассказать, но, как признался один из заключенных, ни у кого нет достаточной смелости, чтобы дать свидетельские показания. Они часто выражали опасения, что их вновь могут передать полиции. Генеральный прокурор признал, что практика запугивания задержанных сотрудниками полиции может являться широко распространенной проблемой, унаследованной от прошлого режима.

30. Специальный докладчик получил следующую информацию, касающуюся случаев жестокого обращения со стороны полиции.

31. Утверждается, что Эльшад Гусейнов, кандидат экономических наук, неоднократно подвергался угрозам и жестокому обращению за получение конфиденциальной информации разведывательного характера, связанной с его научными исследованиями. В последний раз 5 апреля 2000 года он, как утверждается, был жестоко избит семью неизвестными налетчиками недалеко от своего дома, после чего он обратился в полицейское отделение района Сабунчи, с тем чтобы подать заявление об этом инциденте. Находившиеся там сотрудники полиции начали подстрекать нападавших, которые последовали за ним в отделение полиции, к тому, чтобы они продолжили избиения. В конечном итоге в сопровождении сотрудника полиции он был доставлен в больницу, где ему была оказана медицинская помощь. Медицинское заключение, которое ему не показали, осталось у сотрудника полиции. Согласно полученной информации, три дня спустя его вызвали в отделение полиции района Сабунчи якобы для опознания нападавших на него лиц. Утверждается, что в полиции его стали избивать пятеро из нападавших на него лиц на глазах у следователей, которые никак на это не реагировали. Письменная жалоба, которую он, как сообщается, направил в районную прокуратуру, осталась без ответа.

32. Сообщается, что по статье 145 Уголовного кодекса Джафаров Интигаин был обвинен в грабеже и приговорен к десяти годам тюремного заключения. Он был арестован 17 марта 1996 года в пригороде Баку Бакиханове и затем доставлен в полицейский участок района Сабунчи, где содержался в течение одной недели. Во время его содержания под стражей сотрудники полиции пытались обвинить его в совершении других преступлений. Утверждается, что в ночное время его выводили из камеры и подвергали пыткам, заставляя признаться в совершении различных преступлений, включая убийство. Сообщается, что ему зажимали дверью руку, подвешивали за наручники и избивали деревянными дубинками. Однажды он даже потерял сознание на полтора-два часа. Согласно полученной информации, его ежедневно избивали, нанося удары по груди и спине в области легких, возможно для того, чтобы вызвать появление у него туберкулеза. Специальный докладчик отметил наличие у него ранних симптомов туберкулеза, в связи с чем он, как ему сообщили, проходит лечение. Г-н Интигаин ни разу не встречался с адвокатом с момента его помещения под стражу. Он не просил о встрече с адвокатом, поскольку считал, что это ему не поможет и даже не рассчитывал, что ему его предоставят. Сообщается, что через семь дней его перевели в Шувалянское СИЗО, где он содержался в течение трех месяцев.

33. Согласно сообщению, Лейла Таирбекова была арестована 16 февраля 2000 года. Она была предположительно доставлена в прокуратуру Белице, где ей сообщили, что она арестована по подозрению в подделке документов. Затем ее перевели в "Горотдел", где она находилась 11 дней, после чего ее перевели в Баиловское СИЗО. Сообщается, что в течение первой недели ее содержания под стражей помощь адвоката ей не предлагали. Ее задержание предположительно связано с тем фактом, что муж Таирбековой является коммунистом и недавно он сделал ряд заявлений для печати в Москве. Во время пребывания в отделении полиции ее ежедневно доставляли в прокуратуру для допросов. Ей якобы сообщили, что, если она не выполнит требований сотрудников полиции, они убьют двух ее дочерей. Сообщается также, что ей угрожал помощник прокурора. В конечном итоге под воздействием угроз и оказанного на нее давления, она подписала признание. Сообщается, что она показала своему адвокату ссадины на руках, однако представители прокуратуры якобы заявили, что они были получены до ее ареста. Согласно полученной информации, ее адвокат не обращался с запросом о проведении медицинского освидетельствования, поскольку он полагал, что прокуратура не согласится отдать необходимые распоряжения для проведения медицинского осмотра.

34. Согласно сообщению, 23 февраля сотрудники полиции арестовали Гурбанова Бахтияра в его квартире и, даже не дав ему одеться, доставили в полицейское управление Кубинского района, где он якобы содержался в течение десяти дней. Он отказался от предложенного ему адвоката, поскольку полагал, что его обвиняют в совершении незначительного преступления и что он может обойтись без его помощи. Сообщается, что подавшее на него жалобу лицо отказалось от своих претензий, после того как г‑н Гурбанов заплатил деньги, которые он был должен потерпевшему. Несмотря на это, его заставили признаться в других преступлениях, которых он не совершал. Сообщается, что его избивали, в частности дубинкой, и что он подвергался оскорблениям со стороны некоторых следователей. Следователи также обещали ему, что его передадут в ведение прокуратуры и затем отпустят, если он подпишет чистые бланки протоколов. Согласно его показаниям, 3 марта он был переведен в Шувелянское СИЗО. Затем его вновь перевели в отделение полиции Кубинского района, где он содержался в ожидании суда, проходившего с 3 по 13 мая. Хотя, по имеющейся информации, Гурбанов больше не подвергался избиениям или угрозам, он подписал другие документы из-за страха. Гурбанов сообщил, что во время суда он жаловался на то, что его подвергали пыткам. Во время беседы (состоявшейся 15 мая) Специальный докладчик заметил, что у арестованного был, видимо, сломан мизинец правой руки в результате избиений, которым он, по его словам, был подвергнут. Он также сообщил, что медицинская помощь ему была оказана только после того, как его перевели в Шувелянское СИЗО. Судя по всему, факт жестокого обращения, которому он подвергся, официально не зарегистрирован.

35. В письме от 15 ноября 1999 года Специальный докладчик сообщил правительству, что он получил информацию, касающуюся Эльчина Бехудова (см. E / CN .4/2000/9, пункт 43), который, согласно сообщению, был арестован в Баку 21 октября 1995 года по подозрению в сокрытии информации об убийстве его сослуживца из специального отдела при президенте. В Бакинском городском отделе полиции ("Горотделе") его, согласно утверждениям, жестоко избили, с тем чтобы получить признание. В письме от 18 февраля 2000 года правительство сообщило, что семья арестованного была уведомлена о его аресте и что он был проинформирован о его праве на юридическую защиту, от которой он отказался в письменном виде. Оно указало, что, хотя обвиняемый и не признал своей вины в ходе судебного разбирательства, его вина была доказана заявлениями, сделанными им во время предварительного следствия, показаниями других подозреваемых, а также результатами судебно-медицинской и криминалистической экспертизы. 4 марта 1996 года Верховный суд Азербайджанской Республики приговорил его к двум годам тюремного заключения условно.

36. Специальный докладчик встретился с Эльчином Бехудовым, который сообщил ему дополнительные подробности о своем деле, в том числе об обращении, которому он подвергся в Бакинском городском отделе полиции. В частности, он опроверг информацию о том, что его семья была уведомлена о его аресте и что ему была предложена помощь адвоката. Г-н Бехудов сообщил Специальному докладчику, что на седьмой день его содержания под стражей друзья просто сказали его жене, чтобы она передала ему продукты в Бакинский городской отдел полиции, а с адвокатом он смог встретиться только 7 января 1996 года. По словам г-на Бехудова, во время его нахождения под стражей следователь прокуратуры уведомил его о том, что возбудить дело в отношении семи полицейских невозможно, несмотря на тот факт, что он не мог не видеть следов избиений. Наконец, как сообщается, все обвиняемые по этому делу подвергались избиениям и обращались с жалобами к судье во время процесса. Последний якобы игнорировал их жалобы, которые даже не были включены в судебный протокол.

37. Специальный докладчик также встретился с двумя нижеуказанными лицами, чьи показания служат иллюстрацией нарушений правовой процедуры, связанной с арестом и помещением под стражу.

38. Согласно сообщению, 12 мая 2000 года Мамедова Сурайджа явилась в отделение полиции Назиминского района, куда она была вызвана в связи с делом о подделке документов. Там ей предложили подписать чистый бланк протокола, что она и сделала по незнанию. Затем ей приказали явиться в полицейский участок № 22, где ей сообщили, что она арестована. Согласно сообщению, ее сразу же доставили в "Горотдел". По словам Мамедовой, ее семья не была поставлена об этом в известность. Ей не предложили услуги адвоката, и она не знает, кто санкционировал ее задержание.

39. Согласно сообщению, 10 мая 2000 года Султан Салимов был арестован по подозрению в незаконном хранении огнестрельного оружия и доставлен в отделение полиции района Низами, из которого он был впоследствии переведен в 24-е отделение полиции и в полицейский участок № 8 района Сабаи. По сообщению, он содержался в "Горотделе", однако его ежедневно привозили в полицейский участок района Сабаи для допросов.

С. Информация, касающаяся следственных центров

40. В октябре 1999 года президентским указом следственные изоляторы были выведены из-под юрисдикции министерства внутренних дел и переданы министерству юстиции. Как справедливо отметил министр юстиции, такая мера способствует сокращению опасности пыток, поскольку подозреваемых, по словам министра, быстро забирают от следователей. Тем не менее заместитель министра юстиции отметил, что, хотя сотрудники этих следственных изоляторов формально находятся под руководством его министерства, они зачастую продолжают руководствоваться правилами предыдущего министерства. Менталитет людей меняется крайне медленно, и заместитель министра заявил о своей решимости выполнить эту задачу, а также улучшить условия содержания под стражей.

41. 12 мая Специальный докладчик посетил Баиловское СИЗО, где на тот момент под стражей содержались 1 048 человек. Ему сообщили, что официально этот следственный изолятор рассчитан на 1 250 человек. Лица, впервые совершившие преступление, и рецидивисты содержались вместе. Начальник Баиловского СИЗО сообщил, что лица, обвиняемые в преступлениях, связанных с оборотом наркотиков, и в тяжких правонарушениях, содержатся отдельно от других задержанных. Женщины содержались в отдельном крыле здания так же, как и 26 человек, приговоренных к пожизненному заключению. Последние ждали перевода в Гобустанскую тюрьму по завершении необходимых формальностей, связанные с их размещением на новом месте. Несмотря на то, что, как ему сказали, проблемы переполненности тюрьмы на тот момент не существовало, Специальный докладчик посетил камеру, в которой на восемь коек было 10 человек. Последний заключенный был переведен в эту камеру за семь дней до визита Специального докладчика, а дольше всех в ней находился заключенный, пробывший там уже более года. Заместитель министра юстиции признал, что это является непростительной ошибкой начальника тюрьмы.

42. Карантинные камеры, куда вначале помещаются все вновь прибывшие, были пустыми, и начальник тюрьмы вначале сообщил, что в этот день новых заключенных в тюрьму не поступало. Согласно регистрационному журналу, вновь прибывших не поступало в течение последних трех дней. Специальный докладчик отметил, что регистрация вновь прибывших производится в книге через день. Список заключенных, которые прибыли в этот день и за два предыдущих дня, был в конечном итоге предъявлен Специальному докладчику. В ходе обсуждения этого вопроса с руководством тюрьмы Специальному докладчику разъяснили, что записи в регистрационном журнале производятся не ежедневно. Заместитель министра юстиции признал, что это является упущением и что регистрация вновь прибывших должна проводиться регулярно. Он также указал, что поступающие в тюрьму задержанные лица могут содержаться в карантинных камерах не более одного дня и что в большинстве случаев их оформление, т.е. регистрация (в частности, дактилоскопия) и медицинский осмотр, могут проводиться в течение нескольких часов. Этим и объясняется тот факт, что Специальный докладчик никого не обнаружил в карантинных камерах.

43. Во время бесед с заключенными никто из них не жаловался на условия содержания в тюрьме. Ежедневно они получают трехразовое питание и имеют возможность для прогулки в течение 45 минут. Все из них подтвердили, что по прибытии они прошли медицинский осмотр. Что касается встреч со своими адвокатами, то они сообщили, что каким‑либо ограничениям в этой связи не подвергались.

44. Специальный докладчик выразил свою обеспокоенность руководству Баиловской тюрьмы по поводу того факта, что адвокату Вагифа Мустафы-оглы Хаджиева (см. ниже), которого он встретил в начале своего посещения тюрьмы, не разрешили в этот день встретиться со своим клиентом. По информации, полученной позднее в тот же день, Вагифу Мустафе-оглы Хаджиеву сообщили, что его ждет адвокат, вывели его из камеры, а затем вернули обратно. С адвокатом он так и не встретился и каких-либо объяснений не получил. На вопрос Специального докладчика начальник тюрьмы объяснений не дал.

45. В Баиловском СИЗО многие заключенные содержались в течение нескольких месяцев и даже более одного года.

46. 12 мая по приглашению руководства Специальный докладчик посетил следственный изолятор министерства национальной безопасности. Юрисдикция этого министерства распространяется только на такие тяжкие преступления против государства, как терроризм, шпионаж и измена. Начальник следственного управления сообщил, что в его распоряжении находятся не более десяти следователей. По словам министра, нормы его министерства, регулирующие содержание под стражей, аналогичны нормам, действующим в органах полиции. Новый Уголовно-процессуальный кодекс применяется одинаково как в случае задержаний, произведенных по распоряжению должностных лиц министерства внутренних дел, так и в случае задержаний, санкционированных сотрудниками министерства национальной безопасности.

47. Помещение изолятора фактически используется в качестве полицейского участка, камер временного содержания и следственного изолятора, где задержанные лица могут содержаться до осуждения и назначения наказания. В этой связи Специальный докладчик выразил свою обеспокоенность по поводу того факта, что задержанное лицо находится в распоряжении следователей министерства национальной безопасности в течение всего периода следствия вплоть до вынесения судом окончательного приговора и перевода заключенного в тюрьму. Следует также отметить, что начальник подразделения охраны подтвердил, что его персонал не контролирует проведение допросов, которые, как сообщается, проводятся при закрытых дверях. Министр отметил, что аналогичная обеспокоенность была также выражена рядом посетивших страну представителей, в том числе из Совета Европы. Он отметил, что это учреждение было унаследовано от советской эпохи и в дальнейшем использования этих помещений в качестве следственных изоляторов не предполагается.

48. Режим содержания под стражей можно назвать образцовым. Начальник подразделения охраны сообщил, что на момент посещения в помещениях содержались 43 человека. В изоляторе имеются камеры двух типов: одни площадью 15 м 2 , предназначенные для содержания двух заключенных, и другие площадью 36 м 2 , рассчитанные на четырех заключенных. Как было указано, изолятор рассчитан на 107 человек. Все камеры хорошо оборудованы и содержатся в чистоте. Во время посещения некоторые заключенные занимались приготовлением пищи. Специальный докладчик отметил, что в карцере, который, как ему сообщили, используется крайне редко, не было лампочки. Ему объяснили, что из-за финансовых трудностей лампочка используется в другой камере. Журнал регистрации лиц, помещенных в карцер, подтвердил, что он действительно использовался редко: за время с 1994 года такому наказанию были подвергнуты 27 человек.

49. 15 мая Специальный докладчик посетил Шувелянское СИЗО. Этот изолятор рассчитан на 1 050 человек, и на момент посещения там содержалось 857 человек. Карантинные камеры пустовали. Как ему объяснили, медицинский осмотр и другие связанные с размещением формальности занимают всего несколько часов. В течение дня задержанного переводят в обычную камеру. На момент посещения никто не содержался и в карцерах, которые, согласно записям в регистрационном журнале, с начала года использовались всего три раза. Тем не менее Специальный докладчик отметил, что они имели лишь элементарные удобства и что там стоял неприятный запах. Из регистрационного журнала также удалось узнать, что за период с начала года за нарушения правил внутреннего распорядка были наказаны около десяти человек.

50. Натиг Эфендиев, бывший начальник городского отдела полиции Гянджы, который, по сообщениям, ушел с занимаемой им должности в знак протеста против нынешнего правительства, выехал из Азербайджана 10 января 1998 года из‑за угроз, которым подвергался он сам и его семья. Сообщают, что 10 января 2000 года он был арестован в Самсуне, Турция, специальным подразделением правоохранительных органов Турции. Ему сообщили, что с ним хотят побеседовать сотрудники турецкой службы военной разведки. Как сообщается, в тот же день он был переведен в Анкару, где якобы критиковал нынешнее правительство Азербайджана. Согласно сообщению, ему надели на голову мешок и частным самолетом тайно доставили в Баку, где он был незамедлительно доставлен в центр содержания под стражей, находящийся в ведении министерства национальной безопасности. Сообщается, что во время первого допроса ему формально предложили воспользоваться услугами адвоката, однако потребовали, чтобы тот от них отказался. В течение первых десяти дней содержания под стражей его, как сообщают, каждую ночь допрашивали двое следователей, которые не назвали своих фамилий. Утверждается, что он подписал какой-то документ, предложенный следователями. Он также якобы отказался сделать заявление по телевидению. По окончании первоначального периода следствия ему предоставили доступ к его личному адвокату, а затем его подвергли допросу, который проводили следователи министерства национальной безопасности. Сообщается, что семью Эфендиева уведомили о его задержании через 15 дней после его ареста и его жене разрешили с ним встретиться приблизительно 20 апреля. Он обвиняется в попытке государственного переворота и в незаконном хранении огнестрельного оружия.

51. С 1993 года тюрьмы находятся под юрисдикцией министерства юстиции. По словам министра юстиции, Азербайджан был первой страной СНГ, которая передала управление пенитенциарной системой министерству юстиции.

52. Председатель Верховного суда и бывший министр юстиции сообщил Специальному докладчику о том, что пенитенциарная система открыта для контроля со стороны общественности. Заместитель министра юстиции и начальник Управления по исполнению судебных постановлений подтвердил, что в течение последних трех лет пенитенциарная система была открыта для общественных проверок, в том числе со стороны средств массовой информации и НПО. НПО подтвердили, что они имеют возможность проверять деятельность пенитенциарной системы, однако отметили, что им не разрешается проводить конфиденциальные беседы с заключенными, что ослабляет эффективность этой меры.

53. Кроме того, были предприняты важные усилия по улучшению условий содержания под стражей: так, например, с окон камер были сняты металлические жалюзи. Полное обновление пенитенциарной системы, как сообщили, планируется провести в течение 40 лет. Заместитель министра отметил необходимость получения международной помощи для осуществления программы, направленной на приведение азербайджанской пенитенциарной системы в соответствие с международными стандартами. По словам заместителя министра, одной из основных проблем, с которыми в настоящее время сталкивается его ведомство, является наличие значительного числа заключенных, больных туберкулезом; приблизительно 2 000 человек, страдающих туберкулезом, которые в настоящее время находятся под стражей, должны быть изолированы от остальных заключенных, для того чтобы предотвратить распространение болезни. Для объединения в одну группу больных туберкулезом рядом с больницей было недавно построено пенитенциарное учреждение смешанного режима. По сообщению властей, в настоящее время в стране проводится совместная программа Международного комитета Красного Креста (МККК) и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ).

54. Новый Исправительно-трудовой кодекс был недавно вынесен на обсуждение парламента после его представления экспертам Совета Европы на предмет возможных замечаний. В рамках министерства юстиции был создан специальный комитет для рассмотрения жалоб заключенных. Было опубликовано и распространено среди всех осужденных руководство, в котором разъясняются права и обязанности заключенных.

55. 10 мая Специальный докладчик посетил Гобустанскую тюрьму, расположенную в 60 км от Баку. Это пенитенциарное учреждение не страдает от проблемы переполненности, поскольку фактически в тюрьме содержалось 484 заключенных при расчетной вместимости в 620 человек. Специальный докладчик, в частности, посетил камеры, предназначенные для лиц, приговоренных к пожизненному заключению. Условия, в которых они содержались, соответствовали международным стандартам, и заключенные не выражали каких-либо особых жалоб. Не все из приговоренных к пожизненному заключению лиц, с которыми встретился Специальный докладчик, знали о том, что их смертные приговоры были заменены на пожизненное заключение. Кроме того, даже в этом случае никто из них не был проинформирован о том, что, как отметил заместитель министра юстиции, в соответствии с новым законодательством максимальный срок тюремного заключения составляет 20 лет. Заместитель министра заверил Специального докладчика в том, что все приговоренные к пожизненному заключению лица будут извещены об этих новых правилах. Заместитель министра юстиции сообщил Специальному докладчику о намерении оборудовать все помещения, в которых содержатся лица, приговоренные к пожизненному заключению, зонами для индивидуальных прогулок, а также отдельными ванными комнатами. Однако никаких мероприятий по организации досуга или повышения образования не запланировано, поскольку, как было сказано, Исправительно-трудовым кодексом это не предусмотрено.

56. В одном из карцеров Гобустанской тюрьмы Специальный докладчик встретил двух заключенных, которые, как ему сообщили, были переведены сюда недавно и поэтому находились в карантине. Согласно тюремным правилам, заключенные находятся в карантине после прибытия до получения результатов первоначального медицинского осмотра. Они содержались в плохо оборудованной и грязной камере в течение 12 и 5 дней, соответственно. По мнению Специального докладчика, у обоих наблюдались симптомы туберкулеза и было очевидно, что она они не имели возможности воспользоваться санитарно-гигиеническими удобствами. Они также не получали и какой‑либо медицинской помощи, хотя начальник тюрьмы сообщил, что их осматривал тюремный врач. В отношении первого заключенного никаких записей о медицинском осмотре по его прибытии в тюрьму не было обнаружено ни в регистрационном журнале, ни в его личном деле. Что касается второго заключенного, то в его личном деле было найдено медицинское заключение о хроническом бронхите и астме и подозрению на туберкулез, а также предписание направить его на рентгенологическое обследование и в медчасть. Однако ни одно из этих указаний выполнено не было. Заместитель министра заверил Специального докладчика в том, что оба заключенных получат незамедлительный и надлежащий медицинский уход.

57. По данным неправительственных источников, распространение туберкулеза среди заключенных отчасти объясняется задержками и ошибками в диагностировании заключенных, у которых проявляются симптомы болезни. По словам начальника Гобустанской тюрьмы и в соответствии с данными медицинских регистрационных карт, с начала года умерли девять заключенных. Семеро заключенных, шесть из которых отбывали пожизненное заключение, скончались от туберкулеза. Следует отметить, что всего в Гобустанской тюрьме содержится менее 100 пожизненных заключенных. Этот довольно высокий уровень смертности от туберкулеза среди пожизненных заключенных, объясняется, по словам заместителя министра, тем фактом, что туберкулез довольно широко распространен в центрах досудебного содержания под стражей, где больные содержатся вместе с остальными заключенными. Начальник тюрьмы также пояснил, что туберкулез стал более устойчивым к лечению и что при вирулентной форме туберкулеза человек погибает в течение нескольких дней, не оставляя времени администрации тюрьмы для перевода больных заключенных в соответствующую санчасть. По мнению медицинских специалистов, с которыми Специальный докладчик проконсультировался после своей миссии, при наличии надлежащей программы диагностики случаи смерти от туберкулеза можно сократить до нуля. Таких результатов удалось достичь в одной из стран этого региона. Специальному докладчику также объяснили, что не существует такой вирулентной формы туберкулеза, которая помешала бы тюремной администрации перевести больных заключенных в санчасть задолго до того, как их жизни будет угрожать опасность. Согласно полученной информации, министерство здравоохранения не выполняет соответствующие рекомендации ВОЗ. Заместитель министра заявил, что все случаи смерти в тюрьмах изучаются специалистами в области судебной медицины и расследуются сотрудниками прокуратуры.

58. Специальный докладчик отметил, что в журнале регистрации наказаний в качестве основания для наказания неизменно указывалось "нарушение дисциплины" без уточнения каких-либо подробностей. Продолжительность наказания варьировалась от пяти до 15 дней. Специальному докладчику объяснили, что наиболее распространенным сроком наказания является трехдневный срок. Однако начальник тюрьмы имеет право продлить его вплоть до 15 дней в зависимости от того, какое именно нарушение дисциплины было допущено заключенным. Специальный докладчик с озабоченностью отмечает отсутствие надлежащей регистрации решений о наказании, которые в этой связи могут носить произвольный характер.

59. Специальный докладчик ненадолго заехал в исправительно-трудовую колонию № 1, где на него произвели впечатление усилия, предпринимаемые для организации кратко и долгосрочных визитов. К сожалению, он не располагал достаточным временем для осуществления надлежащего визита.

60. Наконец, Специальный докладчик получил информацию из неправительственных источников о том, что после 1996 года резко сократилось количество жалоб о применении пыток в центре административного содержания под стражей (так называемый "Черный город"), где содержатся лица, помещенные под стражу в административном порядке. Предполагается, что одной из причин этого стало негласное расследование, проведенное Генеральной прокуратурой, результатом которой стало отстранение от занимаемых должностей всех старших должностных лиц, работавших в этом учреждении. Хотя Специальный докладчик приветствует эту информацию и инициативу, предпринятую Генеральной прокуратурой, он сожалеет о том, что этот случай, как представляется, не был предан гласности. Информация о дальнейших правовых действиях в отношении лиц, подозреваемых в совершении пыток, отсутствует. Генеральный прокурор сообщил о том, что система административного задержания доживает последние дни.

61. До начала своей миссии Специальный докладчик получил информацию о том, что 11 заключенных и двое охранников погибли во время беспорядков в Гобустанской тюрьме в январе 1999 года после попытки побега, предпринятой двумя заключенными 7 января 1999 года. Как сообщается, эти двое заключенных открыли многие камеры, предлагая другим заключенным присоединиться к ним. В качестве заложников заключенные захватили 28 охранников вместе с их оружием и боеприпасами, тяжело ранили многих других и убили по крайней мере одного из надзирателей. Согласно сообщению, 8 января заключенным был предоставлен микроавтобус. Сообщается, что позднее в этот же день вооруженное подразделение министерств юстиции и министерства внутренних дел открыли огонь по автобусу в тот момент, когда он выезжал с территории тюрьмы. В результате девять заключенных и один охранник, и более 20 человек получили ранения. Генеральная прокуратура распорядилась провести расследование этого инцидента.

62. Специальный докладчик неоднократно получал сообщения о том, что заключенные, которые подозревались в организации попытки этого побега, в ходе вышеупомянутого расследования подвергались пыткам. Специальному докладчику известны фамилии некоторых из них. Особое внимание уделялось представителям политической оппозиции. Согласно сообщениям, их жестоко избивали деревянными, резиновыми и металлическими дубинками следователи в масках и гражданской одежде, с тем чтобы заставить их подписать признания либо в Гобустанской тюрьме, либо в неустановленном месте заключения, куда их тайно доставляли для допросов. Тех, кто содержался в Гобустанской тюрьме, по сообщениям, сажали в карцер, где они находились в течение 45 дней. Этот карцер, который в настоящее время не используется, представлял собой подобие туннеля размером три на три метра, освещаемого лишь отраженным светом. В этой камере, согласно информации, одновременно содержалось по 20 раздетых донага заключенных. По имеющимся сведениям, их периодически доставляли в кабинет заместителя начальника тюрьмы, где жестоко избивали. Судя по всему, некоторых из них заставили подписать требуемое признание.

63. Кроме того, утверждается, что они не имели доступа к адвокатам. Официально назначенный адвокат предположительно впервые встретился с некоторыми из них в ноябре 1999 года. Они не получали никакой медицинской помощи; некоторым из них, как сообщается, медицинская помощь была оказана врачом Гобустанской тюрьмы после их возвращения из суда. Результаты медицинских обследований, судя по всему, не были запротоколированы. Сообщается, что некоторые заключенные жаловались на обращение, которому они якобы подверглись, и во время суда, который начался 25 января 2000 года, просили провести медицинскую экспертизу. Известно, что судьи Верховного суда проигнорировали их жалобы и просьбы, и сразу же, после начала судебного разбирательства, заявили, что в любом случае они будут наказаны. В числе прочего их якобы обвинили в преступлении против государства и в вооруженном нападении. По имеющимся сведениям, 29 марта 2000 года их приговорили к нескольким годам дополнительного тюремного заключения.

64. До начала и во время проведения своей миссии Специальный докладчик получил ряд сообщений о том, что служащие правоприменительных органов неоднократно использовали чрезмерную силу, особенно во время разгона демонстраций, организованных политическими оппозиционными партиями, в частности в период выборов.

65. Специальный докладчик получил информацию о том, что сотрудники правоохранительных органов использовали чрезмерную силу для разгона участников митинга, организованного 29 апреля 2000 года в Баку по инициативе ряда политических оппозиционных партий. По данным официальных лиц, представители властей заявили демонстрантам о том, что митинг не может быть проведен в центре Баку, как этого хотели его организаторы, и предложили собравшимся другое место за пределами центральной части Баку. Тем не менее демонстранты собрались в центре города. НПО и средства массовой информации сообщили, что несколько демонстрантов были жестоко избиты полицией.

66. В частности, Специальный докладчик получил информацию, касающуюся Вагифа Мустафы-оглы Хаджиева, председателя одной из политических партий "Арар", организовавших проведение демонстрации. После демонстрации около 17 часов он вместе с друзьями встретился во Дворце Республики с начальником Управления общественного порядка города Баку и старшими сотрудниками органов безопасности, которые ему предложили обратиться с просьбой к демонстрантам мирно разойтись. После того эта просьба была исполнена, один из полицейских, как сообщают, неожиданно ударил присутствовавшего на встрече журналиста, в результате чего тот потерял сознание. Затем заместитель начальника отдела полиции Насиминского района приказал 10 полицейским избить Вагифа Мустафу-оглы Хаджиева, и, хотя он не оказывал сопротивления, его избили резиновыми дубинками, нанося удары по спине и по голове. Утверждается, что он потерял сознание, после чего на автомашине его отвезли в полицейский участок № 22 Насиминского района. После того как он пришел в себя, его начало тошнить. Несмотря на неоднократные просьбы, ему не разрешили вызвать своего личного врача. Затем появился доктор, как утверждают, находящийся в тесном контакте с полицией, который сделал ему укол, но при этом отказался официально зарегистрировать факт оказания медицинской помощи. Примерно в 23 часа, его, как сообщают, обследовал независимый доктор, который предложил полицейским доставить его в больницу. Полиция отказалась сделать это. На следующее утро его, как сообщается, доставили в суд Насиминского района, где судья попросил медицинское заключение, поскольку состояние здоровья обвиняемого вызывало серьезные опасения. Утверждается, что судья обратился к заместителю прокурора с просьбой представить медицинское заключение. После этого Вагифа Мустафу-оглы вновь отвезли в полицейский участок № 22 Насиминского района, где он находился в течение еще трех часов. Согласно полученной информации, затем его доставили в суд, где судья зачитал медицинское заключение, в котором говорилось, что обвиняемый получил легкие телесные повреждения. Он якобы пытался оспорить данное заключение, но судья не дал ему слова. Утверждается, что судья приговорил его к десятидневному сроку административного заключения. Последующие два дня он постоянно лежал, будучи не в силах встать, его раздражал яркий свет и по‑прежнему мучили приступы тошноты. В это время, как сообщается, ему предоставили возможность увидеться с личным врачом. Затем его перевели в "Черный город", где содержатся лица, приговоренные к административному заключению. 5 мая ему сообщили, что в отношении него возбуждено уголовное дело в связи с причинением легких телесных повреждений и оказанием сопротивления сотрудникам полиции, и впервые с момента ареста ему была предоставлена возможность встретиться с адвокатом. В этот же день его перевели в Баиловское СИЗО, где его несколько раз осматривал врач и где он получил медицинскую помощь. За время пребывания в Баиловской тюрьме до момента его встречи со Специальным докладчиком (12 мая) он, как сообщается, допросам не подвергался. Предполагается, что причиной его ареста является публичная критика президента.

67. Кроме того, Специальный докладчик получил информацию о Гурбане Гурбанове, который, как сообщается, был жестоко избит резиновыми дубинками во время ареста в ходе демонстрации, состоявшейся 29 апреля. По сообщению, он был арестован сотрудниками полиции в штатском и доставлен в полицейский участок № 22 Насиминского района. На следующий день его доставили в Насиминский районный суд, где его приговорили к однодневному административному заключению. По словам г‑на Гурбанова, позднее в приговоре кто-то приписал еще одну цифру "1", в результате его срок лишения свободы был увеличен до 11 дней. Позднее его также обвинили в оказании сопротивления сотрудникам полиции. Один сотрудник полиции, знакомый г‑на Гурбанова, признался ему, что ему угрожали увольнением, если он не даст показания против него. Г‑н Гурбанов, как сообщается, отказался от услуг назначенного государством адвоката, и ему предложили подписать признание. Сообщается, что 4 мая его перевели в Баиловскую тюрьму, где 12 мая он встретился со Специальным докладчиком. За два дня до встречи он объявил голодовку в знак протеста против того, что его дело не расследуется.

68. Начальник Управления правоохранительных органов Исполнительной администрации президента сообщил Специальному докладчику о том, что 42 сотрудника полиции имеют медицинские заключения о том, что они получили телесные повреждения.

69. Согласно сообщениям, журналисты, затрагивающие тему демонстраций, подвергаются гонениям. Вместе с тем, как признают сами журналисты, случаи арестов среди журналистов в последнее время стали менее частыми. Во время демонстрации 29 апреля по крайней мере 17 журналистов,